Запретный плод сладок
Катерине Львовне, самой молодой подруге мамы, было уже за 30, но выглядела она потрясающе. Я не знаю, что она для этого делала — может, тщательно ухаживала за собой или ходила в спортзал, но за ней всегда бегали мужчины. В своих первых сексуальных фантазиях я представлял именно ее. Еще бы — подтянутое тело, аппетитная грудь, всегда прическа и макияж. Но мои фантазии оставались лишь фантазиями… До одного дня.
В тот самый день Екатерина Львовна (тетей Катей она не разрешала себя называть, говорила, что нелепо звучит) зашла к нам в гости, чтобы поздравить мою мать с Днем Рождения. Мама собрала всех своих подруг
, наготовила вкусностей, кто-то принес вина. Я не помню точно, сколько их там было — может, четыре или пять. Я же сидел в своей комнате, смотрел порно и дрочил, потому что девушки на тот момент у меня не было, а напряжение снимать как-то было нужно. Я был уверен, что никто не сунется в мою комнату как минимум пару часов — ведь именно столько нужно всем маминым подругам, чтобы обсудить всех и вся.Вдруг я услышал шаги, приближающиеся к моей двери. Свое достоинство я спрятать успел, а вот закрыть браузер — нет.
-Леш, можно? — спросила она, зайдя в мою комнату. По ее взгляду было понятно, что она выпила, и немало.
-Екатерина Львовна, вы же уже зашли!
-Ах, точно! Я решила проверить, как ты тут. Чем это ты занимаешься?
-Да так..
Я отчаянно пытался закрыть страничку, но компьютер предательски завис.
-Аа, все понятно с тобой, Леш. Вырос, не успели и заметить. Девушка-то хоть есть у тебя?
-Расстались недавно, пока никого не встретил.
Она подошла ближе и присела на колени, хотя обычно так развязно себя не вела — выпитый алкоголь давал о себе знать. Ее рука неожиданно оказалась на выпирающем из моих штанов бугорке.
-Алексей! Как ты обращаешься с дамой? Если дама присела к тебе на колени, ее нужно обнять за талию одной рукой!
Я немного опешил, но сделал то, что она попросила.
-Хороший мaльчик. Знаешь, где должна быть твоя вторая рука?
-На вашей груди, полагаю?
-Умница.
Я сжал ее грудь левой рукой. Она была еще очень упругая.
-Ну, а дальше, сообразительный ты мой?
-Какой ты нежный, Леша… Ммм…
Я продолжал. Стянув с нее трусики, я слегка коснулся языком ее клитора. Она вздрогнула. Выбритые половые губки блестели от выделений. Я провел языком и по ним, а потом начал жадно сосать клитор, трахая ее дырочку пальчиками. Она тихо застонала. Это продолжалось минут пять, но мне показалось, что целую вечность — так мне нравилось доставлять ей удовольствие.
Я снова встал, затем поставил ее раком на том же стуле. Она выпятила попку. Я снова начал ласкать ее дырочку и клитор языком. Потом я провел языком и по анальной дырочке, от чего она снова вздрогнула. Настало время моего дружка. Я снял шорты и натянул резинку настоящий колом член. Взяв ее упругие булочки в руки, я раздвинул их, и медленно вошел в ее лоно. Она сдавленно застонала, и я закрыл ее рот рукой, чтобы нас никто не услышал. Второй рукой я отвесил ей смачный шлепок по попке, приговаривая, чтобы больше не издавала ни звука. От шлепка она снова вздрогнула. По ее бурной реакции было понятно, что ее давненько никто не трахал. Значит, придется наверстывать упущенное.
Я принялся с жадностью входить в ее упругую пизденку. Как же хорошо было снова ощутить тепло женского тела! Свободной рукой я принялся массировать ее клитор. Катя (а после случившегося я мог называть ее только так, но никак уж не Катериной Львовной), наслаждаясь происходящим, тихо затряслась в экстазе. Сокращения мышц ее влагалища начали стимулировать мой член еще сильнее, и я с удовольствием кончил, не вынимая его из теплого и влажного лона. Через несколько секунд я, наконец, вытащил его. Резинка внушительно провисала, оттягиваясь под весом спермы. Я стянул ее и выбросил в стоящую под столом урну. Катя так и стояла на коленях, опираясь на стол, бесстыдно оттопырив попку, на которой все еще краснел след от моей ладони. Потом она встала, быстро оделась, чмокнула меня в щеку, и, улыбнувшись, сказала, что нужно будет повторить. Поправив прическу, она ушла к подругам, а я так и стоял посреди комнаты со спущенными штанами, все еще до конца не понимая, что только что произошло.