Я и Алина на море в разгаре июля…
***
Я и Алина на море в разгаре июля.
Море смеется и волнами плещет на сушу.
Невыносимо хочу, чтоб она отдохнула.
И попытаться понять ее странную душу.
Ей тридцать шесть. Дома двое развязных подростков:
Музыка, шмотки, плохая учеба и драки.
В прошлом замужество, будни – не вспомнишь без слез их
(Ох уж ее любопытство и ранние браки).
Дача, машина, работа, квартира. Бескрыло,
Серо, в тоске. Впечатлительна, даже ранима,
Чтоб отвлекаться, Алина недавно курила –
Кажется, бросила. Так как ей встретился Дима.
Мы пока просто друзья. Не совсем как к подруге
К ней отношусь – как мальчишка, влюблен. Ну да ладно.
Главное – я и Алина сегодня на юге,
Вместе. Я счастлив от блеска в глазах шоколадных.
А за окном безмятежное небо и солнце,
Маленький город, домишек разбросанных кубы,
Зелень… Она так красиво и чисто смеется,
Что я хочу целовать ее в алые губы.
Правда, пока не могу – мы в начале пути ведь.
Изнемогая, мечту я лелею свою все.
А на балконе Алина глядит в перспективу,
И по плечам золотистые волосы вьются…
***
Мы просыпаемся в разных постелях наутро.
Все это сложно, ведь я полноценный мужчина.
Вот бы обняться и перебирать ее кудри,
Тонкие плечи погладить. Алина молчит, но
С ней происходят какие-то странные вещи.
То ненароком мою примеряет футболку,
То забивает в угол и смотрит зловеще,
То начинает болтать и шутить без умолку,
То убежит из уютной столовой спонтанно,
Так и оставив стакан с апельсиновым соком
И не доев до конца своего круассана…
Каждый тогда ощущает себя одиноко.
Вот и сегодня Алина не в полном порядке.
Мы возвращаемся с пляжа, уже вечереет.
Нервно дрожат ее тонкие губы и прядки,
Серая чайка обиды беспомощно реет.
Мимо скамеек и клумб. Поднимаемся в номер.
Может, мне лучше пойти прогуляться еще, чем
Мучиться рядом?.. Она наливает вино мне,
Вдруг вслед за тем залепляет одну из пощечин
И начинает рыдать, горячо, беспричинно.
Выглядит так, будто я ей постыл, ненавистен.
Но облетает пыльца с потаенных тычинок.
Я понимаю ее сокровенные мысли…
***
Розовый свет разливает закат над домами.
Не подкрепляя поступка внушительной речью,
Просто решившись, внезапно ее обнимаю
И прижимаю к себе – все теснее и крепче…
Губы ее разгораются словно малина,
Спелая, сочная, сладкая. Ты же хотела
Близости – так почему отстранялась, Алина?
Руки скользят по ее обнаженному телу.
Ляжем в кровать, а смущение мы переборем.
Боли твои постараюсь унять как-нибудь я.
Волосы пахнут прогретым целительным морем.
Я наклоняюсь над нежной пленительной грудью.
Перебираю соски языком и губами,
От возбуждения невероятно хмелея.
Знаешь, Алина, тебя даровала судьба мне.
Ты извиваешься, манишь, влечешь, как аллея.
Гладкий живот соблазнителен легким загаром.
Как столько лет друг без друга на свете могли? Ты
Стонешь, расслабившись и забывая о старом.
Я нахожу языком набухающий клитор.
Нежно ласкаю твои розоватые губки,
Теплое влажное лоно. Таинственным кругом
Всходит луна. Может, опустошим наши кубки,
Будем сполна в эту ночь наслаждаться друг другом?..
***
Ты выгибаешь изящную спинку, как кошка,
Страстно желая, чтоб мы уже стали едины.
Я раздвигаю прелестные стройные ножки
И погружаюсь в твои неземные глубины…
Мы начинаем движения непроизвольно,
Медленно, плавно… но ливень сменяется градом…
Острые ногти впиваются в спину – не больно…
Мощный оргазм пронизает внезапным разрядом
Наши тела исступленные, сразу обоих.
«Димочка, милый, спасибо… Разбудишь меня в шесть?»
«Да, разбужу… Я всегда теперь буду с тобою».
Мы засыпаем счастливые, тесно обнявшись.
Как я б хотел, чтоб она у меня была первой,
Чтоб в подсознании не было высохших крошек,
Чтоб не гудели ее напряженные нервы,
Как провода. Я же знаю Алину хорошей,
Чистой и светлой. Пусть в юность уже не вернуться,
Пусть недоступна просторная синяя высь, но
Наше взаимное и совершенное чувство –
Это, наверное, самое главное в жизни.
Мир и блаженство на лицах. Мерцают ресницы.
Сонные птицы – не их я куплеты пою ли?
Трудно поверить, что все это явь, а не снится,
Что мы с Алиной на море в разгаре июля…