Верхняя рабыня
Я прогуливалась по залу, разминаясь после последнего конкурса. Я — верхняя. Поэтому я отвечала прямыми взглядами на взгляды мужчин, а мой подбородок был гордо вздернут. На мне даже была одежда — блузка, плотно облегающая тело и короткая расклешенная юбочка. Блузка, конечно, скроенная по-особому — грудь в ней оставалась обнаженной, чтобы были видны кокетливые подвески — болтающиеся пушистые шарики, подвешенные к соскам на золотых цепочках. Такие же шарики болтались между бедрами, и каждому встречному было понятно, что зажимы закреплены и на моих губках. Я — рабыня, поэтому мою шею сдавливал изящный ошейник, и на лодыжках и запястьях
были застегнуты не менее изящные браслеты. Ни к чему из этого не были прицеплены цепочки, поэтому я шла свободно, с интересом разглядывая окружающую обстановку.Мы с хозяином не первый раз участвовали в ежегодном слете-конкурсе по Теме, и всегда боролись за первые места. Мое участие приносило неплохие деньги в нашу семью, и хозяйка всегда была очень довольна пополнению бюджета. Жаль только она не могла присутствовать — правилами разрешалось наличие только одного из хозяев, а в одном из четырех конкурсов было запрещено использовать страпоны и фаллоимитаторы. И так я никогда не участвовала в конкурсе наказаний, а это сильно снижало общее количество баллов, которые я могла набрать. Наказывать верхнюю можно только невниманием и неудовлетворением ее сексуальных потребностей.
Я невольно вздрогнула, вспомнив, как хозяева меня недавно наказали — никто мною не занимался пять дней. Мастурбировать тоже было запрещено, да и невозможно — днем, когда хозяева отсутствовали, и на ночь меня сковывали. Я плакала и умоляла подарить мне хоть немного внимания… Бр-р-р… Больше никогда не буду злить хозяев! Тем более, что наша семья очень дружная и мы очень любим друг друга.
В первом конкурсе, когда мы просто дефилировали по подиуму обнаженными, в одних босоножках на высоченных шпильках и платформочках, я пропустила вперед только яркую пышногрудую брюнетку. К счастью, в последующих конкурсах она не блистала, так что, с учетом того, что конкурс наказания прошел без меня, мое четвертое место в общем зачете — очень неплохой результат. Тем более, что за второе и третье место мы уже получили 15 и 10 тысяч евро соответственно… Но главный приз — миллион! Я вся внутренне завибрировала, представив, сколько сексуальных вещей, сколько золотых утонченных зажимов и цепочек мои хозяева мне подарят! Если… Я поспешно отогнала непрошенные мысли — впереди последний, самый сложный конкурс, к которому не подготовишься и не натренируешься — там будут важны только собственные чувства и талант!
Чтобы не сглазить удачу, я принялась разглядывать конкурсанток и их хозяев. Не все рабыни занимали свое место на подставках. Вот одну наказывали — стек с кожаной петелькой на конце гулял по покрасневшей попке. Вот другая, совсем молоденькая нежная девушка, плакала, стоя на коленях у диванчика. Ее хозяин спорил с одним из гостей. Все понятно — ее продают. Точно — она на одном из последних мест и не играет никакой роли то, что ее продадут перед последним конкурсом и тем самым повлияют на настроение и желание. Бедняжка! То, каким взглядом на нее смотрит покупатель, подсказывает мне, что мало ей не покажется! Я немного задержалась послушать — оставит хозяин девушку на последний этап или нет? Было бы неплохо оказаться с ней в первой паре. Но нет. Мужчины ударили по рукам, и покупатель увел молоденькую рабыню на поводке. Ее маленькие грудки так трепетно мотались, когда мужчина дергал поводок посильнее! М-м-м… Хозяева иногда берут в аренду нижних. Не скажу, что я хотела бы иметь такую постоянно, но иногда забавно властвовать над нижней, заставлять ее ублажать себя, ну и подкладывать ее под хозяина…
Вот член жюри дерет в попку еще одну рабыню с жестко заломанными назад руками. По условиям конкурса каждый член жюри имеет право по разу поиметь любую конкурсантку. На меня спрос обычно небольшой — многие знают, что я, как верхняя, могу и пришпорить пяточкой, чтобы член интенсивней во мне ходил, и прокусить губу в порыве страсти, и впиться коготками, если руки не связаны. Сегодня меня поимели только один раз. Жесткий господин! Подошел, попросил хозяина разрешения трахнуть меня. А потом просто приказал лечь на диванчик и развести ножки. Я только и успела, что, взявшись за цепочки, прикрепленные к губкам, раскрыть свою пизденку перед ним. И он ворвался немедленно. Так и трахал — жестко — попеременно вставляя то в пизденку, то в попку, без ласк, к которым я привыкла, без того, чтобы дать мне иногда в ротик, чтобы я любовно обсосала соки и смазку. И не смотря на то, что кончила пару раз, я в последний оргазм, когда меня выгнуло, как следует вдавила ему шпильки в соски. Ушел ошеломленный новыми впечатлениями. Я хихикнула — не ровен час займет в следующем году место у коленей хозяйки — вон там среди гостей не редко встречаются госпожи с рабами.
Но прозвучал гонг, и я поспешила к хозяину.
Жребием мне выпало участвовать в перовой же паре. Хозяин раздел меня, снял зажимы, а потом вставил в соски колечки. Пробитые соски — непременное условие участия в конкурсе.
В это время на подиуме установили два помоста с разнообразными креплениями. Я украдкой взглянула на соперницу — по всей видимости, она не будет мне настоящей соперницей — ее явно смущало внимание многих глаз, устремленных сейчас на ярко освещенный подиум, где нам предстояло выступать в роли первых звезд.
Между тем хозяева отрегулировали помосты под свой рост, и мы с соперницей взобрались на них. В это раз в перовом туре нас поставили раком, на локти. Члены жюри защелкнули на наших локтях зажимы, такими же закрепили широко расставленные колени. Наши высоко вздернутые попки с отсвечивающими промежностями предстали полностью незащищенными для жадных взглядов. Затем к колечкам в сосках прикрепили цепочки и сильно притянули к полу, отчего каждой из нас пришлось
прогнуться изо всех сил. Но все равно соски были настолько вытянуты, что я боялась даже пошелохнуться.
Я почувствовала, как в попку вставляется датчик, регистрирующий силу и продолжительность оргазмов. Потом хозяевам дали три минуты на «разогрев».
Повернув голову, я увидела, как хозяин соседки дрочит свой член и рычит со смешной наигранной злостью:
— Шлюха! Дрянь, ты достойна быть только подстилкой своего хозяина!
Я усмехнулась. «Точно, она мне не соперница» — подумалось мне, но тут моей пизденки коснулись губы хозяина, и я счастливо застонала. У всех на глазах хозяин делает куни своей рабыне! Мой подбородок гордо вздернулся, насколько можно в данной позе, но в следующее мгновение язык хозяина проник внутрь меня, и я снова застонала, чувствуя, как из меня потекло. О, как было бы здорово, если хозяин мог еще войти в меня пальцами! Но по условиям конкурса касаться тела рабыни руками было запрещено.
Три минуты пролетели мгновенно, я со стоном разочарования почувствовала, как язык покидает меня, но через пару секунд прозвучал гонг, и в меня ворвался горячий твердый член! Хозяин вошел в меня сразу на всю глубину, уткнувшись головкой где-то возле самого горла, а пристегнутые соски едва не оторвались. Я громко простонала и восторженно подвигала бедрами, ощущая, как ворочается во мне огромный зверь. Хозяин не торопился, он понимал, что меня надо сберечь еще на два тура, поэтому он, не торопясь, вышел, а потом опять загнал член резко и мощно, так, что его яйца влажно шлепнули по уголку пизденки. Потом еще раз… и еще пару… Я заорала — мне этого было достаточно, оргазм пронзил меня, а член вновь вышел и снова был загнан по самые яйца, продлевая мои ощущения и заставляя меня извиваться, насколько позволяла длина цепочек на сосках.
Меня отвели в сторону от подиума и приковали на коленях — хозяева не имели права поддерживать тонус конкурсанток. В этом была своя сложность и своя прелесть — было тяжело без внимания любимого мужчины, зато хозяева, берущие сзади своих рабынь, были как на ладони.
Мой результат не был лучшим, но этого и не требовалось — все решалось в очном поединке. И по мере того, как место рядом со мной занимали три прошедшие дальше рабыни, я ликовала — скоро снова моя очередь!
Нам «разогрев» теперь был не положен, но хозяева могли прибегнуть к помощи «общественных» рабынь — они уже стояли на коленях рядом, готовые поднимать ротиком и ручками члены. Если это понадобиться, конечно.
Моему хозяину это точно не требовалось. Вид его собственности — принадлежащей ему рабыни, распятой перед ним, текущей и жаждущей жесткого проникновения, всегда заводил его с пол оборота.
И едва прозвучал мелодичный сигнал, его член едва не распорол меня. Я замычала, восторженно чувствуя, что хозяин не собирается церемониться со мной в этот раз. Он безжалостно таранил мою пизденку, влажно всхлипывающую от жестоких ударов. Сама же я стонала безостановочно, ощущая, как долбит меня на всю глубину член хозяина. А когда меня накрыл оргазм, я стала биться в путах, не обращая внимания, как продергивает болью натягивающиеся соски.
Вынырнула я из омута всепоглощающего счастья, когда уже облизывала член хозяина. Потом хозяин меня поднял и повел к краю подиума. Ножки уже подгибались, соски болели, но услышав, что мы прошли в финал, я взвизгнула и обняла хозяина. Ведь это значит, что второе место нам гарантировано, а заодно 300 тысяч евро! Я уже проходила в финал, но слишком много эмоций оставила на предыдущем этапе и проиграла… Кроме того, подумала я, улыбаясь, через минут 10 хозяин снова возьмет меня к моему восторгу!
Я немного отошла только к началу финала — все же кончала за последний час больше 12 минут в общей сложности, да к тому же в не очень приспособленных для этого позах. И каков же был мой ужас, когда вынырнув из полузабытья, я увидела приготовления на подиуме. Сначала даже обрадовалась — что-то новенькое. А потом до меня дошло, что мне придется насаживаться на один из этих здоровенных искусственных фаллосов, торчащих из массивных тумб. А как же член хозяина? Как я буду кончать без его упругой горячести? Разве заменит толстая латексная подделка живую плоть? Мелькнула мысль, что хозяин может быть как-нибудь сможет засунуть мне хотя бы в попку. Однако и конструкция аппарата, и то, что из попки не вытащили датчик, когда отстегивали, исключали такую возможность и настраивали на мысль, что мне не выиграть этот конкурс. Тем более, что когда я увидела пустые бездушные глаза соперницы, то поняла — этой все равно, что в нее пихают, лишь бы побольше и потолще…
Но все оказалось не так плохо. После того, как меня насадили на холодный фаллос, до предела растянувший мою пизденку, зафиксировали мою нижнюю часть и сковали руки за спиной, члены жюри разошлись, и я увидела своего хозяина. Общественная рабыня тихо и спокойно отсасывала, стоя перед ним на коленях. Хозяин любит такой неспешный минет в промежутках между бурным сексом или когда я прошу его недолгой передышки. Значит, все же он запихает свой член мне хотя бы в ротик!
Так и получилось. Когда хозяин занял место передо мной, я нетерпеливо облизнулась и сразу раскрыла ротик. Прозвучал гонг, огромный член вдруг завибрировал между моих бедер и резко задвигался, разом выбив из меня воздух. Под сердцем екнуло, но времени на размышления не было — член хозяина оказался в досягаемости моих губ. И я, закрыв глаза от наслаждения, торопливо вобрала багровую головку в ротик.
Сколько продолжалась эта гонка, я не знаю. Вернее знаю — 15 минут, именно такой лимит был на этот тур. Но я мало что соображала, обкончавшаяся до одури, даже пропустила момент, когда хозяин начал кончать мне в ротик. Густые потоки спермы хлынули в горло, но я не могла удержать и малой доли — сперма пролилась изо рта, полилась на груди, скользила по животику и затекала на губки и дальше. И я забилась в еще больших сладких конвульсиях, понимая, что механический член сейчас долбит меня, а смазкой выступает сперма хозяина, пусть и небольшая часть.
Когда выключился агрегат, меня еще продолжало потряхивать в мелких судорогах затихающего оргазма, а хозяин вдруг бросился передо мной на колени, обнял, стал целовать в губы, на которых еще оставалась его сперма:
— Мы выиграли, малышка! Я тебя люблю!
— Я вас тоже люблю! — прошептала я, с нежностью касаясь губами любимых губ.
vicky_kud@rаmblеr.ru