Вампир
Мондор прятал своё лицо в тени элегантного головного убора. Он любил балы. На них лилось вино, музыка и любовь. Красивейшие девушки знатных домов со всей страны съезжались на бал, чтобы пощеголять перед остальными своими платьями, каждое из которых стоило целое состояние. Их белые плечики и лебединые шеи, их томные взгляды и жеманные улыбки, их шёлковые локоны и аромат духов очаровывали маркизов и графов, мушкетёров и гвардейцев.
Мондор любил великолепие балов. Танцевал он мало, в основном налегая на красное полусладкое из долины Роны.
Девушки смешались в его глазах в один сверкающий и благоухающий туман. Лишь одна Она
была перед его взором, затмевая других. Княжна Бета вызывала завистливые взгляды у женщин и страстные — у мужчин. Чужеземная красота казалась свежей и непревзойдённой. Многие заглядывались на княжну, всех впечатляло её пышное платье зелёного цвета, подчёркивающее глубину глаз княжны; но Мондор… Он был влюблён. Ловил каждый её взгляд, каждую улыбку, решив для себя, что не станет её соблазнять как обычную девушку.— Министр, белый танец! Не откажете даме?
Он ощутил её дыхание, увидел блеск в её глазах… Он был пленён.
— Смею ли я отказывать такой красавице?
Княжна рассмеялась и вложила свою руку в руку Мондора. Зазвучала музыка, и они закружились в танце. Министра считали мастером танца, хотя этим мастерством он не баловал общество. Но не сегодня. До конца бала княжна Бета танцевала только с Мондором. Все пришли к выводу, что они — самая прелестнейшая пара.
Бал закончился, и гости стали разъезжаться. Князь уехал чуть раньше, согласившись, что министр проводит Бету в своей карете. Всю дорогу до её дома они шутили, рассказывали друг другу истории. Мондор говорил даме комплементы. Она смущалась и благодарила. Княжна неспроста танцевала с министром Мондором. Он был довольно молод, но уже вышел из юношеского возраста. Его густая шевелюра отличалась ухоженностью, а его голубые глаза и бледность всегда притягивали внимание девушек. Княжна не стала исключением. Она была сама не своя, забывая правила приличия, которые обязана была соблюдать благовоспитанная девушка.
Когда карета остановилась у подъезда, княжна Бета пригласила Мондора на бокал вина. Отказываться было невежливо.
Мондор и Бета долго сидели, распивая вино, пока министр не решился:
— Княжна, вы, наверняка, слышали истории и сказки о разных чудовищах?
— Да, министр. Вы хотите мне рассказать одну из этих страшных историй?
— Не совсем… Слышали ли вы истории о вампирах?
— Да…
Княжна Бета наклонилась к нему и тихо прошептала:
— Я знаю.
Она приоткрыла свой чудесный ротик и поцеловала Мондора.
— Бета… Вы… Ты понимаешь, что мы делаем? Если князь или княжна проснуться…
— Не надо ничего говорить, Мондор.
Она обвила руками его шею и принялась целовать всё настойчивее. Мондор ответил на поцелуй этой юной красавицы. Невинной и порочной.
Он ощутил нечто тяжёлое и ноющее. Это был Голод. Забытое ощущение жажды крови…
Министр стал снимать платье княжны, но запутался в шнуровке и, зарычав, разодрал одежду Беты на части. Клыки Мондора удлинились и стали острыми как бритва. Он впился в левый сосочек Беты, нежно розовый на её белоснежной груди. Укусы голодного вампира оставляли кровоточащие раны. (Специально для .оrg — ) Кровь заструилась по бархатной коже княжны, а с её алых, как эта кровь, уст слетел лёгкий стон. Мондор принялся терзать вторую грудь княжны, она же начала снимать одежду с министра.
Вскоре два обнажённых тела, вопреки всем правилам приличия и законам морали, слились воедино. Вампир брал княжну жёстко, каждый его толчок вызывал стоны боли и… удовольствия. Бета давно мечтала о таком любовнике. Получеловеке.
Его клыки дарили ей боль. Мондор жадно слизывал кровь.
— Пожалуйста, сделай… Сделай меня такой же! — Княжна выкрикнула последние слова. Боль. И такое желанное, такое запретное удовольствие. Она истекала кровью в руках Мондора, а желала только — ещё, больше, глубже, больнее.
Клыки Мондора вонзились в прелестнейшую шейку княжны. Она застонала, её глаза широко раскрылись, и Бета раздвинула свои ножки как можно шире, желая открыться полностью навстречу вечному. Содрогаясь всем телом, княжна кончала, вместе с ним, его член выплеснул семя глубоко в неё.
Теперь она станет такой же, как он. И будет также чувствовать нечто тяжёлое и давящее… Голод.