Старое фото
Случайно я нашёл старую фотку, и в первый секунду не узнал на ней себя — худенький голый мaльчик лежит на берегу речки вместе с таким же голым мужчиной. Кудрявый, и с белой кожей он лежит на боку. Мужчина позади зрелый, сильный и загорелый, по- хозяйски поднимает согнутую ногу мaльчика так, чтобы глубже засунуть свой большой член в его маленькую жопку, и чтоб это было хорошо видно всем. Мальчик тихо и покорно смотрит, пассивно подчиняясь своему хозяину.
Мне тогда уже исполнилось 18, но выглядел я на пару лет моложе. Это было время, когда мужики пидорасили меня постоянно. Незадолго до этого меня опустили за кражи на заводе,
где я работал после шкoлы. Это случилось весной, я первый раз в жизни в душевой сосал хуй мужику, который избил меня. Но и тогда я не думал, что это только начало. На следующий день после работы мужики заставили меня отсасывать троим. И так почти каждый день. Я был в шоке и пару раз в течение первого месяца пытался убегать после работы. Первый раз меня за это просто избили, а во второй раз отвели в подсобку — небольшую каморку рядом с кладовкой, которую кладовщица со смехом открыла своим ключом. Там был топчан, на котором я должен был лишиться анальной девственности. Кладовщица — приятная девушка лет тридцати. К ней зашла подруга постарше и они обе остались посмотреть на половой акт, смеясь обсуждая происходящее. Мои мучения вызывали у них неподдельный интерес и возбуждение. Боль и унижения они считали заслуженным наказанием для меня.Ну что!? Не нравится? А воровать тебе нравилось? — спрашивали они меня, когда я вскрикивал и стонал особенно сильно. Под конец я стонал тише, и они тоже замолчали, и только смотрели во все глаза. И когда мой хозяин кончил в меня, а я бессильно упал перед ним на колени и стал подмывать его ртом. Когда экзекуция закончилась, кладовщица довольным тоном сказала- ничего, в деревне ко всему привыкнешь, пидор. Я в тот момент её не понял, но через две недели настало лето. Из-за отсутствия работы
всех отправили в отпуск на месяц, за свой счёт. Большинство рабочих на заводе были из деревень, окружающих маленький городок, в который мы с мaмoй переехали за несколько месяцев до этого.
В итоге мужики поехали на месяц в свою деревню, и взяли со мной меня, чтобы я быстрее привык к роли пассивного педераста. В деревне у меня первым делом забрали всю мою одежду, взамен которой дали мне пару летних сарафанчиков. Я носил их весь месяц, без белья,трусов, на голое тело. Бегал босиком, мне не дали даже обуви. Хорошо, что было жарко.
Жил я в сарайчике, где у меня было подобие кровати, кувшин с водой, тазик. Над ним я подмывал после секса мужчин, их члены, и свою несчастную жопу, которая вечно болела. Ебали меня и в лесу, ебали у реки. Ебали меня мужчины непрерывно, поэтому первые две недели было очень тяжко, думал, что не выдержу. К середине месяца стало легче, а концу как-то привык, притерпелся. Жопу они мне разработали отлично. Я старался угодить мужчинам, хотелось чтобы они были довольными, и поменьше меня пиздили.
Конечно тяжело быть простым ебальным станком, вещью, которую любой может использовать для своего удовольсвия, но пришлось привыкнуть к своему бесправному положению. Ещё долго я мечтал о женщинах, но из них в деревне мне никто не сочувствовал, так же, как и на заводе. Все говорили одно — надо привыкать, сам виноват.
Сейчас я виню только самого себя, больше никого. Я научился уважать мужчин, научился ласкать их, давать им своё тело. Давать им удовольствие. А мужчину на фото я так и не вспомнил, слишком много их было тогда в моей половой жизни.