Случай на вписке
К слову, с Сашкой после того случая, с той самой озорной чертовкой, у нас часто случалось что-нибудь интересное в сексе. Безумное, быстрое но очень яркое. Парнем-девушкой мы как-то не стали, но регулярное влечение друг к другу часто удовлетворяли, и все ещё были где-то на уровне просто друзей.
Как-то оказались мы на вписке одной. Я все пытался тогда ухаживать за Аней, длинноногой волейболисткой. Но она откровенно меня динамила, а потом просто в какой-то момент набралась до поросячьего визга.
Мне это просто надоело и я пошел взять воды на кухню.
Стояла жаркая весна, парило перед дождем и на небольшой кухоньке оказалась
только Сашка. Он как раз стояла и курила у открытого окна.— Что, не дала? — сразу с ходу сказала. Что мне всегда нравилось в этой девчонке — её местами просто-таки железнодорожная прямота.
Сама Анька мне не особо, чтобы нравилась как кчеловек, глуповата все таки была. Но вот её нижняя часть тела была просто шик.
— Хочешь, я дам? — раздалось от окна.
— Ну так что? — спросила, поправляя челку.
— Ты серьезно?
— Нет, блин, прикалываюсь. Я ж тебя знаю, — он снова затянулась, — видела, как ты пялился. Там все ясно. Кроме задницы ничего и нету — пусто в башке. И сегодня она тебя явно не даст, — он снова сбросила пепел и посмотрела в окно. — А я вот не против. Хоть здесь. Но ты быстро думай. А то желающих — он, целая квартира.
Я оглянулся на дверь, но все были заняты впиской и доносился из-за стенки обычный шум застолья. Что-то в этом было. Здесь, сейчас и сразу. Вполне в её стиле. Я ухмыльнулся и подступил к ней.
— А если застукают?
— Ну, мы же не каннибализмом будем заниматься. Или теракт планировать.
— Давай, а то ещё передумаешь, — я потянулся было обнять её, но она выставила руку вперед.
— Но-но-но! Сначала условие.
— Условие?
— Угу, — зажав сигарету между губ, она согнула правую ногу в колене и стала расшнуровывать кед. Закончив, стащила обувь и поставила ножку в сером носочке на табуретку. — Сначала, — и хитро покосилась на меня, — удовлетвори меня.
Меня всегда заводили такие её игры. Да и упрашивать долго не нужно было — за стенкой заливисто хохотала Анька. Опустившись на колени, я взял двумя руками ступню Сашки. Она откинулась и уперлась попой на подоконник, все ещё покуривая. Я стащил носочек, и заметил, что Сашка сделала небольшую тату с цветочным мотивом на верхней части ступни.
— М, татушка?
— Давай, меньше слов. А то ещё застанут.
Я начал с поцелуя в татушку. А затем спустился губами к пальчикам. Стал обхватывать все маленькие, поочередно впуская их в свой рот между губами, слегка облизывая, а потом переходя к следующему. На большом я задержался. Обхватив губами и слегка прикусив зубами подушечку, я несколько раз обвел его языком, не спеша, но настойчиво.
Сашка продолжала курить, но внимательно наблюдала за мной. Сложно было сказать, стала ли она вобзуждаться, так как слегка покрасневшая она была уже от выпитого, а вспотела от духоты на улице, но соски стали выпирать отчетливее, а её затяжки стали продолжительнее.
Я вывернул её ступню носочком к верху и поцеловал в основание пальчиков, а затем провел под ними языком, когда услышал звук расстегиваемой молнии.
Сашка убрала разутую ножку и уже приспускала свои джинсы с трусиками.
— Сука, вот умеешь же ты языком… а отлижешь — вообще в жопу дам.
Долго меня перед такой перспективой уговаривать не пришлось. Отодвинув табуретку я придвинулся на коленях к ней ближе, к её пушистому лобку.
— Не-а, не там, — она резво развернулась, показав мне голую округлую попку. Мне всегда нравились её ягодицы. Хоть груди и были у Сашки маленькие, но вот уж попка была самое-то, спелый абрикосик.
Она облокотилась нв подоконник, делая очередную затяжку, и бросила мне через плечо:
— Ты же знаешь, как я тащусь.
Она выбросила сигарету, и руками развела ягодицы в стороны, показывая свой анус. Вот уж да, от чего, а от анилингуса Сашка заводилась не на шутку. Я придвинулся ближе, приникнув к её попке, аккурат между мягкими ягодицам, и поцеловал её анус, а затем буквально впился в него губами. Она расслабилась, и я добавил язык, поглаживая её, пока она не раскрыла свою дырочку и я не смог проникнуть внутрь. Кожа на попке блестела от потливости, крупные капли скатывались по её ягодицам, оседая у меня на щеках. Она была очень горяча, но внутри по ощущениям языка буквально пылала.
Постепенно, Сашка начала постанывать. В этом было что-то безумно возбуждающее, когда нас могли застукать в любой момент, на маленькой кухоньке, у открытого окна, особенно так — Сашка со спущенными до колен джинсами, разведенными в стороны собственными руками ягодицами, и меня, на коленях перед ней, с языком в её анусе.
Это безумно заводило. Я расстегнул свои джинсы, достал свой уже поднимающийся член и стал его надрачивать. Скоро она стала стонать чаще, а я добавил круговые движения языком внутри, облизывая её стеночки. В какой-то момент она легла на подоконник, колени слегка подкосились и громко задышала, а потом вообще задержала дыхание. По её телу прошла мелкая дрожь. Ещё немного полизавав анус, я поднялся и приставил свой член к её ещё раскрытой дырочке.
Сашка даже не протестовала когда я сходу вогнал головку, расширив ещё больше колечко её ануса, а затем стал проталкивать на остальную длину.
— Ну, ты, куда? — наконец очнулась Сашка, но особо не сопротивлялась.
В соседней комнате все ещё гуляли, звенели бутылками и громко работал телик, а мы, стараясь особо не шуметь, со спущенными джинсами, трахались как сумасшедшие кролики. Я жадно целовал её шею, прижимал к себе, лапая и сминая её небольшие грудяшки, пока она пыталась подмахивать мне тазом, иногда невпопад, что добавляло определенное возбуждение. Она пахла сигаретами и слегка потом, и оба запаха тогда возбуждали меня. Мне нравилось вытаскивать член не до конца, а, доходя до головки, останавливаться в кольце её ануса, раздвигая его самой толстой частью своего члена, а затем снова устремляться вперед, внутрь.
Сашка снова скоро потекла и стала тихо постанывать, закусив губу, пытаясь сдержать крики внутри себя. Мы оба порядком взмокли, так, что её футболка уже стала прилипать к её телу. Я потянул топик за края вверх, и стащил с неё, растрепав её короткую стрижку, после чего бросил на подоконник.
Теперь мои руки легли на голую грудяшку с пирсинком в одном соске, сжав горячее, влажаное тело, ощутив острые, пружинящие соски. Я был близко к тому, чтобы кончить, когда Сашка стала вдруг протестовать.
— Эй! Стой! — громко прошептала она. Но я был уже на взводе, кода сперма двигается от твоих яиц по члену.
— Ну! Нет! Кому сказала! — она стала слабо пихать меня рукой в бок.
— Дурак!
Лишь полностью выдавив из себя все, я смог вдохнуть и спросил.
— Ну, ты чего?
Оказалось, я не положил её футболку на подоконник, а мимо, выбросил из окна.
— Дебил! Беги, поднимай! В чем я домой пойду?
Накинув на неё свою кожанку и оставив курить вторую сигарету на кухне, все ещё улыбаясь от произошедшего, я пошел за футболкой.
Возвращаясь, я застал Сашку на лестничном пролете. В моей куртке на голую грудь, не застегнутая, она блестела лоснящимся телом от шеи до пупка в неровном свете лестницы.
— На вот, — я протянул ей футболку, но она буквально накинулась на меня, схватив за шиворот и поцеловала, долго и протяжно, с языком. Отстранившись, грудным голосом Сашка произнесла.
— Ещё хочу… здесь.
В тот момент мой член снова пошел вверх, и я как-то вообще не думал, что одно дело на кухне быть застуканным друзьями, а другое — вот прямо здесь, между лестницами.
Я послушно снова начал облизывать её морщинки ануса, слизывая свою же сперму из разработанной дырочки, пока Сашка руками держалась за поручень.
Её дырочка до конца так и не закрылась, и легко принимала внутрь мой язык, так что скоро я добавил к нему указательный палец, чередуя их, вытаскивая язык, и проходясь, проминая её стеночки внутри пальцем. Будучи возбужденным, с оголенным стоячим членом, я не обращал внимания ни на место, где мы это делали, ни на вкус собственной спермы из её же задницы.
Сашка продержалась ещё короче, тихо матерясь несколько раз, особенно когда я стал двигаться быстрее, и скоро опять кончила, сев на ступеньку рядом. Её последние стоны прошлись небольшим эхом по всему подъезду.
Тяжело дыша, с заломившейся кожанкой, обнажившей одну грудяшку, она смотрела на меня мутными глазами из-под полуприкрытых век.
— Мужик, — все, что Сашка смогла сказать.
— Ну а я? — мой член все ещё стоял.
— А? Ах, да… знаешь что, поехали ко мне, — она поднялась. — Кончай уже сохнуть по той дуре, все равно кроме мяча она в руках ничего не держала. Я только сигареты заберу.
Долго мы не задерживались. Сашка так и поехала, в моей кожанке на голое тело и без одного носка. Мы хотели потрахаться по пути, но все не могли найти ни место, ни случая, так что пришлось терпеть аж до самой комнаты в общаге. Зато там уж отдались друг другу по полной.