Show is going on

Вытерев пол и бросив тряпку в угол Верка тяжело приземлилась рядом со мной на диван, вытащила сигарету из моей пачки и закурила, и пару раз глубоко затянувшись, спросила:

— На чём он тебя поймал? Или ты по своей воле?

— Дрочил в туалете… А тебя?

Она засмеялась: — Решила помаструбировать после работы на его диване, а он вернулся! Ты голубой?

— Нет. В первый раз…

— Мне показалось тебе нравится… Сосать…

Я решил быть откровенным.

— Сначала странно было. Теперь заводит. А сегодня я вообще в шоке!

— Я тоже. Никогда ни в чём подобном не участвовала.

—

И как?

— Охренеть! Испугалась сначала, а потом, как ты сосать начал, и писька у тебя стоит, так завелась!

— Я видел…

— Хорошая у тебя писька, большая — продолжила она, и, протянув руку, взяла мой член в ладонь, поминая его, и как бы взвешивая. Он отозвался незамедлительно, наливаясь тяжестью. Она перебирала его пальцами, затягиваясь и стряхивая пепел на пол, а я откинулся на спинку дивана, отдаваясь ласкам моей новой подруги.

— Пепельницу принеси! — неожиданно попросила она.

Я сходил к столику, затушил свою сигарету, и принёс пепельницу, протянув ей. Она затянулась последний раз, вдавила свой бычок в стеклянную посудину, и снова взяла мою полунапряжённую сардельку в руку: — Красивый!

— Мне твоя писька тоже понравилась, она у тебя необычная, только я не рассмотрел как следует — осмелел я, чувствуя как у меня слегка задрожали коленки от волнения, в ожидании ответа. Всё зависело от того, что она сейчас скажет!

— Да не вопрос! Смотри! — Она приподняла юбку и раздвинула ноги.

— Нравится? — подмигнула она мне с полуулыбкой, видимо заметив мой восторг.

— Волшебно! — лучшего слова было не подобрать.

— Я люблю, когда её лижут! — Это был приказ. Такой приказ я готов был выполнить с удовольствием!

Встав перед ней на колени, я нагнулся и поцеловал её цветок взасос, всосав его огромные лепестки и, проникнув языком в нежную дырочку влагалища, облизал его вход изнутри. Она схватила меня за голову обоими руками, и прижала туда, сколь было сил:

Чтобы не задохнуться совсем, я переключился губами и языком на её горошину, то всасывая её, то порхая по ней языком.

— О! Сунь мне пальчик в дырочку, пожааалуйста!

Не отрываясь, я вставил большой палец левой руки в её дупло (правой рукой я наотмашь онанировал), миновав лёгкое сопротивление и начал вращать его внутри мокрого колодца, возбуждая стенки влагалища. А затем, всё также продолжая лизать, начал ебать её рукой как хуем, утопляя палец как можно глубже, раз за разом. Мне показалось, что я задеваю шейку матки, т. е несмотря на рост, пизда у девахи — совсем короткая. Она постанывала от каждого удара, и чтобы усилить ощущение, при каждом ударе я надавливал указательным пальцем на её анус. Она тащилась!

Я просто совсем ошалел. Мне так хотелось погрузить свой, готовый лопнуть, елдак в её хлюпающую блядскую вагину! Я разогнулся, приблизился и прижал горящую вздроченную залупу к синим лепесткам вожделенного плода…

— Только не засовывай, — воспротивилась она — дай, я сама!

Я повиновался.

Она взяла мой стояк двумя пальцами, прижала мою бардовую мокрую залупу к своему возбуждённому торчащему сикилю, и начала маструбировать их друг о друга. Уздечка и уретра касались её камушка, она втирала всё сильнее и резче. Её лицо было перекошено от удовольствия, на лбу выступили бисеринки пота, соски торчали темными башенками вверх, возбуждённые от процесса. Я не знаю, что заводило меня больше — ошущение от дрочки наших горячих органов, или сам вид похотливой самки, в которую превратилась Верка. Я почувствовал, что оргазм приближается, схватил её за соски и сжал их!

— Я щас кончу! — выдал я дебильную мужскую фразу, сквозь стиснутые зубы.

— Давай! Давай! Полей мою девочку! Я хочу! Хочу! — шипела Верка в ответ.

Как только волна вернулась обратно, порция девичьего сока выплеснулась из волшебной писи моей визави, оросив мои яйца горячей волной. О! Какой это кайф!

Моя писька выбрасывала новые порции малафьи, а её тело изгибалось в новых судорогах экстаза — снова и снова. Даже когда мой хуй истёк окончательно, она продолжала кончать и кончать, прижимая мой слегка опавший член к своей щели. Наконец она замерла, и лежала на диване с закрытыми глазами, тяжело дыша.

У меня в глазах тоже летали звёздочки, и я, без сил, опустился на пол. Её обкончанная пиздень сморела мне прямо в лицо…