Счастливая
Счастливая
У меня и в мыслях не было, что он может быть способен на такое. Я была не просто ошеломлена, а потеряла рассудок и дар речи, когда он первый раз так прикоснулся ко мне. Но разве я давала повод?
Не помню, когда испытывала подобное. Возможно, это было, когда тронул первый раз мaльчик на свидании. Да нет, тогда это было не такое чувство. Юная и неопытная я задохнулась от страха, перемешенного с ожиданием чего-то неизвестного, желанного и запретного. Но сейчас …
Сердце в его груди стучало, как огромный барабан, отдаваясь, гулкими отзвуками во всех частичкам моего тела, наполняя его приятной, сладострастной
истомой.Он неожиданно обнял меня сзади, нежно поцеловал в шею, а затем ладони скользнули в разрез халатика, накрывая обнажённые булки грудей, не прикрытые бюстгальтером. Пальчики сжали напряжённые, съёжившиеся сосочки. У меня подкосились коленки, тысячи молний побежало по телу, раздувая внизу животика еле тлевшие угольки костра любви.
— Это самое прекрасное, что я когда-либо видел, — с какой-то грустью и безнадёжностью выдохнул он, отпустив меня, не произнеся больше ни слова, пошёл в свою комнату.
Я была ошеломлена. Это произошло так быстро и неожиданно, настолько сюрреалистично, что не могла поверить в реальность случившегося, но покалывание в сосках и крутящая, ноющая истома внизу животика эхом вторили:
— Это было, … было …
— Ты хочешь его, … хочешь …
Дрожащие ноги совершенно не держали, и я присела на табуретку в кухне, отперевшись локтями на стол, обхватив голову ладонями:
— Нет, этого не может быть! Разве я ему дала какой-нибудь повод?
— Да, он видит, что у нас с мужем давно начались проблемы в отношениях …
— Мужа сейчас больше интересует моя бывшая подруга Наталья, чем я, … но разве я дала его сыну от первого брака какой-нибудь повод, так вести со мной?
— Нашу общую дочку с мужем и его я люблю одинаково …
— Да, он, конечно, относиться ко мне не совсем с такой любовью, как сын должен относиться к матери …
— Нежный, любящий, красивый, он видит во мне не только мать, но и красивую, одинокую, несчастную женщину …
— И я благодарна ему за эту любовь …
— Да, я влюбилась в него, отношусь не так, как надо относиться к сыну. Но я не давала повода ни намёком, ни действием. Почему он поступил так?
— Нет, это слишком, надо поговорить с ним …
***
— Сережа, — стараясь, как можно строже, посмотрела в его глаза, — я не поняла, что произошло сегодня утром. Как ты можешь так вести со мной? Я тебе что – ровесница?
— Мама, — ласково улыбнулся он в ответ, — я далеко не мaльчик. У меня уже была ни одна девушка, и я прекрасно знаю, как ведёт себя женщина, когда я ей нравлюсь. Твои слова, твои взгляды, твои движения …
— Это больше, чем материнская любовь …
— Мне жаль тебя, жаль видит твоё одиночество …, — в голосе зазвучали серьезные нотки, — … он просто издевается над тобой. Эта Наташа. Зачем ты привела её в семью, он сейчас больше общается с ней, чем с нами …
— Брось его и я останусь с тобой! – обнял меня он за плечи и сразу же тысячи молний побежали по телу. – Ведь я люблю тебя! Чего ты боишься?
— Спасибо тебе, — опустила я глаза, чувствую внутреннюю дрожь. – Ты ещё молод, это всё так сложно …
От его ладоней разливается тепло по всему телу, наполняя каждую частичку чувством любви и страсти. Нет, у меня удивительно чувствительная кожа. Мне даже иногда сложно носить нижнее бельё, и я его снимаю при каждом удобном случае, надевая свободное, шелковистое, нежное платье, которое возможно не делает меня привлекательной, но более доступной. Вот и сейчас, как некстати на мне только шелковый халатик и ажурные трусики …
И это для него не осталось незамеченным …
Он берет меня за руку и ведёт в ванную комнату, не включает свет, закрывая за собой дверь.
Здесь темно, тепло и влажно. В углу тихо жужжит стиральная машинка, но кого это волнует? Это даже хорошо. Ни нам, ни дочки в комнате, ничего не слышно …
Он целует мои губы. Целует сладострастно, как любовник целует любимую женщину. Его дрожащие руки ласкают моё тело, а может это оно дрожит, идя ему навстречу? Он обнимает сзади, прижимаясь к спине, нежно целует шейку, мочку ушка. Теперь каждая грудь в полном его распоряжении, его собственность …
Теплые ладони нежно ласкают их, сосочки напряглись, отозвались томными покалываниями, внизу животика разгорается настоящий пожар любви и страсти …
Подол халатика, как в замедленной съёмке медленно пополз вверх, а ажурные трусики скользнули вниз по бедрам, падая к моим ногам, как флаг капитуляции.
Меня словно ударило током, когда ладонь накрыла промежность, влажные, покрытые жесткими волосиками половые губки. Ой, как хорошо! Я окончательно потеряла рассудок. Как его прикосновения возбуждают меня!
Я наклоняюсь вперед, упираясь руками в край ванны, полностью отдаваясь чувствам. Он быстро находит дрожащим от напряжения стальным стержнем вход в пещерку, ведущую к алтарю любви, и врывается сзади вглубь животика.
Его плоть полностью заполняет моё чрево, от напряжения и желания, по ногам пробегает мелкая дрожь. Ой, как хорошо! Нет, такого я не испытывала никогда …
— Это я так себе и представлял, — еле слышно донёсся до меня его голос, – в моих фантазиях бессонными ночами …
Он двигает бедрами, всё глубже и глубже проникая в меня, тихо делясь своими фантазиями, которые терзали его душу на протяжении многих лет. Они так прекрасны, что становятся и моими тоже …
Я чувствую, что он вот – вот кончит. Как я хочу содрогнуться в оргазме одновременно с ним.
И неожиданно спазмы сжали низ живота, конвульсивно задергались мышцы влагалища, по его стенкам побежала волна судорожных сокращений, и первая порция горячего семени хлынула потоком, обжигая всё внутри, срывая с губ стон сладострастия …
Он вновь целует шейку, нежно лаская грудь, а любовные соки вытекают из моего чрева, медленно скользят по внутренним сторонам бедер …
Его руки на моём лице говорят, что это было больше, чем обыкновенная похоть …
И я ответила ему, поцеловав его, не только, как мать, но и как возлюбленная …
Как я счастлива …
Не знаю, громко мы вели себя или нет, но дочь совершенно не обратил внимания на наше отсутствие.
***
Я смотрю телевизор, но не вижу там ничего. Все мысли о сыне. Как хочется подойти, прикоснуться, обнять его …
И наконец-то мы одни.
— Мама, я хочу тебя поцеловать, — тихо он подходит ко мне, обнимает за плечи и его губы тянутся к моим устам.
— Нет, ты что! – резко отстраняюсь от его поцелуя и тихо шепчу, – Вдруг увидит Оксана или отец …
Он делает обиженное лицо, словно у ребёнка забрали любимую игрушку.
— Милый, не обижайся, я тоже хочу этого. Но не здесь же! – ласково провожу мочками пальчиков по его щеке. – Иди на улицу, я скоро выйду …
***
— Сережка, что мы делаем? – тихо выдохнула, как только его уста оторвались от моих губ. – Это не правильно …
— Мама, не думай об отце. И ты, и я прекрасно знаем, что он тебе не нужен. Ни он, ни кто другой кроме меня …
— Милый, ни отец, ни твоя сестра не поймут наших отношений …
— Мама, прости, но я не могу без тебя …
— Я тоже не могу и не хочу жить без тебя, но мы должны быть осторожными. Не надо, чтобы кто-то узнал об этом …
— А если я забеременею? – тяжело вздохнула, посмотрев ему в глаза. – Что тогда? Что мы будем делать?
— Ты будешь самой красивой беременной женщиной на свете!
Как мне приятны были его слова! Как я счастлива …
— Они буду ещё больше, — он обхватил за грудь, начал дразнить меня, — нальются молочком. Как это будет прекрасно!
— Ох, Сережка, — только и смогла выдохнуть я. – Какой ты ещё ребёнок …
— Думала, что я испугаюсь, не буду больше прикасаться, разлюблю тебя? Нет, я тебя буду любить вечно!
— Если ты не захочешь оставаться со мной наедине, то придётся куда-нибудь затащить силой …, — улыбка скользнула по его губам, – … может даже опять в ванную комнату …
— Глупенький мaльчик, меня не надо никуда затаскивать силой, — увидела в его глазах сладострастную вспышку. – Я готова идти туда, куда ты меня позовёшь …
И наши губы опять слились в сладострастном поцелуе. Мы целовались, как подростки, неистово лаская друг друга до тех пор, пока оргазм не сотряс наши тела.
Такой счастливой я не ощущала себя никогда …
***
На следующий день, как назло был выходной. Все были дома, но это его заводило ещё сильнее. Он не мог и не хотел хоть на время прекратить ласкать меня.
Всякий раз, когда никого не было рядом, он то трогал мою грудь, то пытался проскользнуть под подол халатика. Я умоляла его остановиться, еле слышно шепча, а иногда просто показывая взглядом:
— Ты что, с ума сошёл!
А он умолял меня снять трусики. Дразнил и шантажировал:
— Мама, если ты меня любишь, то сделай это. Попроси о чём-нибудь, и я это сделаю для тебя? Хочешь сейчас стану на колени и поцелую попку? Ляг на диван, расставь ножки, и я буду целовать твою киску! И мне всё равно, что это может кто-нибудь увидеть.
— Серёжка, прекрати …, — дрожало у меня всё внутри. – Не говори глупости.
Он играл и играл со мной, заставляя делать необдуманные поступки. Может, это было глупо, но я сняла трусики.
Никого не было в квартире, когда он подошёл ко мне сзади, задрал подол халатика и его пальчик беспрепятственно скользнул в разгорячённое чрево. Это ужасно возбудило, сил терпеть и сопротивляется, не было никаких и, хотя дочка могла прийти с минуты на минуту, я взяла его за руку и повела в комнату.
Сняв с себя халат, полностью обнажённой я стала перед ним на колени:
— Иди сюда мой мaльчик …
Он подошёл, и я расстегнула ему джинсы, спустила их вместе с трусами до колен. Нет, я никогда и никому этого не делала, но ему …
Не было сил сопротивляться моему желанию …
Я почувствовала истекающую соками его бархатистую голову у себя во рту. Ой, как это было приятно. Хотела, чтобы он кончил так, как никогда не кончал с другими. А я проглочу каждую капельку его семени, выпью её всю без остатка! Хотела быть женщиной самых его извращённых фантазий!
Какое получила от этого огромное удовольствие, как я была счастлива …
***
Следующим вечером Сергей вышел гулять, не сказав никому ни слова, а я должна была выйти следом в магазин.Мы встретились и пошли в кино в другом конце города. В полупустом зале сели на последний ряд. Как мы целовались, лаская друг друга. Такого я не испытывала со времён своей юности.
В середине сеанса он тихо произнёс:
— Всё я больше не могу. Друг уехал в командировку, оставил ключи от квартиры. Пойдём …
***
Я лежала обнаженная на кровати с ещё мокрыми волосами, когда он вышел из душа, держа в руке тюбик с вазелином. Всё стало сразу ясно, я знала, что он хочет …
Мне трудно было понять, почему мужчины хотят женщину именно туда? После первоначального шока, я осознала простые вещи: ему это нравиться, значит это должно понравиться и мне!
Когда его пальчик нежно помассировав коричневый бутон розочки анального отверстия, скользнул внутрь на фалангу, моё сердце сжалось, перехватило дыхание. Ни один мужчина ещё не прикасался к нему так, не наслаждался его узостью. Оно было девственно!
И сразу я вспомнила свою старую подружку, которая по большому секрету рассказала, что уже взрослый сын любит сосать её грудь, и она ничего с этим поделать не может. Но не столько из-за его желания, а из-за тех мгновений наслаждения, которые испытывает сама. Ох, если бы она знала, на что иду я …
Его палец медленно и нежно всё больше расширял природную узость сфинктера. И уже не один, а два заставляли бутон раскрыться, превратиться в трепещущий цветок любви.
Он целовал мою спину, лаская руками грудь, а я чувствовала, как бархатистая головка надавила на анальное отверстие, его стенки податливо расступились, пропуская внутрь желанную плоть. Его бедра задвигались, всё вокруг закружилось и мне показалось, что от наслаждения я потеряла сознание.
***
Обессиленные мы лежали на кровати, когда я взглянула на часы.
— Уже половина двенадцатого, — резко вскочила, начала надевать на себя нижнее бельё. – Серёжа, надо домой …
— Мама, я останусь здесь, а ты езжай …
***
Через десять минут на такси я была уже дома. Смешно, но меня совершенно не слушал муж, когда я ему рассказывала, что встретила подружку и зашла к ней домой, не заметив за болтовнёй, что уже поздно. Ему было всё равно, да и, наверное, мне тоже …
Я знала, что это уже бывший муж …
***
Сон совершенно не шёл ко мне. Я лежала, думая о том, что происходит, стараясь себя понять …
Но что тут понимать, я была счастлива …
— Интересно, а куда его повлечёт дальше эротическая фантазия? Что он ещё хочет сделать со мной?
Я вспоминала, что он мне говорил, и ладонь скользнула по груди, пальчики сладострастно сжали сосочек …
— Знаю, — пронеслась в голове догадка, и томно заныло внизу живота.
Нет, такой счастливой я не была никогда …