Реанимация
Всё началось с автомобильной аварии. Мне тогда сильно досталось по голове. Месяц в больнице и уже перед выпиской я впал в кому. Врачи говорят, что такое бывает. Многие, пережившие кому, пишут про свет в туннеле, ангелов и всякие другие миры, а я просто оторвался от своего тела и висел под потолком. Первая мысль, которая ко мне пришла, я думал, что умер. Но, непонятно было состояние моего тела, которое я видел. Моё тело довольно спокойно дышало, хотя было обвешено какими-то шлангами и трубками. На мониторе ритмично выскакивали какие-то пички с характерным пиканием.
Вся окружающая картина располагала меня к спокойствию, я спокойно
смотрел на себя таком обездвиженном виде и даже кратковременно засыпал. Медицинская сестра спокойно сидела за стеклянной стенкой и что-то творила в телефоне. Я в реанимации был один, поэтому сестре особенно нечего было делать. Она иногда подходила ко мне, трогала трубки, поправляла подушку, смотрела на монитор. Моё тело спокойно дышало, руки по швам, ноги ровно. Что ещё нужно медицинской сестре в реанимации ночью? Зашёл дежурный врач, посмотрел меня, поболтал с сестрой и ушёл, пожелав ей спокойной смены.Сестра так страстно стала гладить моё тело, что я, находясь под потолком даже испугался за его целостность, но тут и у меня началось такое возбуждение, какое я в теле никогда не ощущал. В свои тридцать пять я уже женат, у меня трое детей. Контактов с женщинами помимо жены было немного, я люблю свою жену и сексуально она меня полностью удовлетворяла. А вот теперь, на меня нахлынула токая волна возбуждения, что я даже начал улетать от своего тела ещё дальше.
Это было похоже на сексуальное бешенство, но только длящийся бесконечно. Сестра была не в лучшем состоянии, она схватила ртом мой член, гладила руками мою грудь, мои яйца, ноги… Её тело ритмично дёргалось в такт пичкам, высвечивающимся на мониторе, сердце моё разогнало кровь по моему телу так, что оно покраснело, мышцы были так напряжены, что казалось, что они лопнут от напряжения. Мой член в её рту возбудился так, что жилы и вены образовали какой-то фантастический орган, который рисуют возбуждённые художницы. Моё улетевшее сознание получало такое наслаждение от этого необычного секса, что не хотелось даже возвращаться в своё тело и мои губы постоянно шептали: ЕЩЁ, ЕЩЁ…
И тут на мгновение мне показалось, что моё сознание находится в сестре и я ярко ощущаю свой член у неё во рту. Это мой член и это мой рот. И от всех этих ощущений, от этой двойственности волна непрекращающегося оргазма в сотни раз усиливалась по своей силе и пульсировала в ней, а она во мне, и теперь всё это было уже и в её и в моей голове и моём и в её сознании. Я смотрел на её руки и ощущал их своими. Я почувствовал её лоно своим, я почувствовал её грудь своей, её сердце своим. Я брал её губами свой член и ощущал эти губы своими. Я чувствовал такое небесное возбуждение в её лоне, её груди. Я чувствовал, как мой возбуждённый член разрывал её рот. Я был одновременно ей, а она была мной и собой. Я понял, что такие двойные ощущения наполняли и сестру, её глаза были расширены, её рот не отпускал мой член и каждый толчок пульсирующего члена передавался на её лицо а её глаза расширялись всё шире и шире. Я был одновременно и сестрой и собой, наши сознания сплелись и невозможно было почувствовать первичное, невозможно было почувствовать где был Я, а где ОНА. Я думаю, что и с сестрой творилось аналогичное. Она сжимала мой член своими губами и одновременно чувствовала этим членом свой рот и свои губы. Такая двойственность доставляла нам обоим такое наслаждение, от которого нам обоим казалось, что наши тела это уже одно целое.
У нас обоих была волна непрекращающегося обоюдного оргазма, наши сознания потеряли счёт времени. Я даже не знаю, она во мне, или я в ней решили изменить сплетения наших тел, но она забралась на меня и вставила мой пульсирующий член в своё лоно. Был возбуждён только мой член и напряжённое раскрасневшееся тело. Наши сознания опять сплелись, я был одновременно и ей, и собой, а она одновременно и собой и мной. Её глаза были уже закрыты, а тело жило само по себе, слушая только желания мои и свои. Моё тело бездвижно лежало под ней на реанимационной кровати, моё состояние выдавал только мой возбуждённый член, который в первое время находился у неё во рту, а теперь в её лоне.
А сейчас пишу это и у меня вспыхивают воспоминания нашей близости, равных по силе и ощущениям, всё это невозможно описать человеческим языком. Для этих описаний нужен божественный язык. Это был и для неё и для меня непрерывный оргазм. Её лицо с закрытыми глазами излучало такое наслаждение и возбуждение одновременно, что когда я её видел, моё наслаждение умножалось стократно, она это чувствовала и дарила мне новую волну наслаждений, которое я опять стократно увеличивал…
В реанимации был тусклый свет, наши тела, а точнее – её тело, совершало божественный танец на мне, забыв, что я в бессознании, точнее, моё тело в бессознании, а мой дух и мой член совершали с ней неописуемый танец, который невозможно описать простым языком. Я был одновременно и ей, и я чувствовал свой член в её лоне, одновременно это было и моё лоно, я чувствовал пульсации своего члена в своём лоне, я чувствовал, как она моими губами целует мои губы, и эти ощущения в её и моём теле умножались стократно и нам обоим приходило такое наслаждение, от которого наши души взлетали на такую высоту и падали в такую пропасть, что чувственные ощущения зашкаливали и лопались, а потом рождались вновь и вновь…
Сколько длились наша страсть? Я уже забыл, что находился в коме, она забыла, что должна соблюдать мой покой. Мы уже лежали на полу, так как слетели с постели на первой минуте. Я полностью голый, она полностью голая, её красивые трусики мы потом еле нашли. Мы молчали, только тяжёлое дыхание выдавало наш страстный бег. Она молча легла на меня и спросила: «…ты будешь любить меня и дальше, всю жизнь? Я буду всегда около тебя, но не разрушай свою семью! Я просто всегда буду рядом…» Я просто сказал: Я люблю тебя и ты всегда будешь со мною рядом!
Было 1-30. Больница тихо спала, иногда подъезжали скорые помощи, но к нам никого не приносили.
Мы были одни. Мы опять и опять соединяли наши тела. Я опять ощущал её ощущения своими, а она – мои. Я ощущал её грудь своей и ощущал свои поцелуи на ней, я ощущал её лоно своим и ощущал свой член в её лоне. Её тело стало моим и я мог заходить в него без всяких усилий, но, одновременно я чувствовал и своё тело. Также и она. Она могла заходить в моё тело и одновременно чувствовать наше соитие и своим телом и моим одновременно.
Утром она сделала уборку, потом привезли ещё одного после операции. У него была авария, тоже голова, но не в коме. Меня выписали общую палату, пришла жена, дети. Все были рады моему исцелению, я делал вид, что счастлив, радовался вместе с детьми. А её глаза, глаза моей сестры, я её так и называю, преследуют меня. Я заходил потом к ней в реанимацию, но это совсем другая история…