Прелюбодеяние.
Мужу ты изменяла несмело,
Принимая в себя член чужой.
Но когда я кончал в твое тело,
Наплевать, с кем была ты душой.
Бабье лето. Ласкающие солнечные лучи, погожие деньки, опадающие листья и летающая в воздухе паутина. Золотая осенняя пора. Несколько, будущих выпускников мореходного училища, обнаглев от безнаказанности, потягивали пиво в городском парке. Напротив них, чуть в отдалении стояла молодая пара с коляской и беседовала с остановившей их женщиной.
– Кто?
– Мальчик.
– Сколько?
– Третий месяц.
– Молодцы! Такого богатыря родили!
– Родили? — молодая мама, засмеявшись,
стрельнула глазами на одного курсанта, – я мучилась ро́дами и… ребёнок мой!Бутылка пива, выпав из моих рук, разбилась, ударившись о дорожную плитку…
***
Это случилось год назад.
– Можно пригласить? — симпатичная девушка подошла после объявления «белого танца».
– Извините, не танцую.
– У тебя хорошая память!
– Да и лига поменялась.
– Хорошо, прости меня.
Я взял её за руку.
– Ладно, кто старое помянет…
Я увидел её на первом курсе: красивая, стройная, сексуальная. С ней рядом постоянно кто-то вертелся, но несколько раз мы обменивались взглядами. Однажды не выдержав, подошёл.
– Потанцуем.
– Извините, не танцую. Мы в разных лигах, мой юный друг.
– Простите, — видя её насмешливый взгляд, готов был провалиться сквозь землю.
Прошло два года.
– Юра, ты проводишь меня?
– Ты знаешь, как меня зовут?
– Конечно, я наблюдала за тобой.
– Пока, тебя тискали другие?
– Фу-у, грубиян!
– Хорошо, провожу.
– Спасибо.
После танцев, взяв меня под руку, повела по вечернему городу.
– Постой, — освободив свою руку, обнял её за талию. Она даже не сделала попытки высвободиться. Так мы и дошли до её дома.
– Зайдем в подъезд?
– Солнышко, я уже и забыл, когда обжимался по подъездам…
– Хам! — она, легонько стукнув по щеке, повисла на шее, пошептав на ухо, – разрешу расстегнуть лифчик …
Жаркие губы, оголённые груди, всё это было много раз. Когда сверху хлопнула входная дверь, и кто-то побежал по лестнице вниз, она еле успела прикрыться. Молодая женщина в тапочках сбегала вниз. Внезапно остановившись, увидев нас, произнесла:
– Сигареты есть?
Взяв всю протянутую мной пачку, выпорхнула на улицу. Заметно оттянутые груди моей подруги даже и не впечатлили. Помните у Шолохова: такого добра я уже насмотрелся.
– Ладно, до свидания, — буркнул я.
Решив, что я оробел от неожиданного столкновения с соседкой, она двусмысленно произнесла:
– До встречи. Пригласишь на свидание, приду без бюстгальтера…
Обняв её за талию, притянул к себе.
– Пригласишь домой, приду с подарком из аптеки.
– Нахал! – она припала к моим гудам страстным поцелуем. – Я подумаю…
Вышел из подъезда, молодая женщина сидела на скамейке, не моргая смотрела в темноту ночи. Рядом лежала пачка сигарет. Я молча положил на пачку зажигалку. Подняв глаза на меня, потом посмотрев на пачку, молча достала сигарету, прикурив, затянулась. Сразу закашлялась.
– Почему все мужики козлы?!
– Вопрос философский и задан не по адресу, — достав сигарету и прикурив, положил пачку обратно.
– Спокойной ночи.
Сделал несколько шагов в темноту.
– Постой, чаю хочешь?
– Так хреново?
– Очень.
– Пошли.
Поднялись в квартиру, из зала раздавался громкий храп.
– Кто там?
– Муж.
– Пьяный?
– В стельку.
– Бывает.
Прошли на кухню. Сев за стол, задумалась, глядя в окно неподвижным взглядом. Налив чая и поставил найденное на полке печенье на стол, сел напротив.
– Выпьешь?
– Нет, мне в ещё училище…
– А я выпью!
Достав бутылку, налив полчашки, выпила как воду.
– Меня, Ритой звать.
– Юра. Рассказывай…
Женаты пару лет, с детьми пока не получается, последнее время стал возвращаться поздно. Сегодня пришел пьяный, нахамил. Пока раздевала, обнаружила на шее засос и запах духов на рубашке. Все мужики — скоты! А ещё ей любви хочется, но мужа не хочет, он выводит её из себя. Потому что секс всегда по его инициативе. Её желание просто игнорируются. Как с проституткой, за 3 мин свое дело сделал без поцелуев, объятий, красивых слов и спать. Она ненавидит себя за это, хотя у неё всё как у всех, и она может мне доказать. Схватив меня, потянула в спальню. Вообще-то, я не ставил перед собой такие глобальные цели, но когда она обнажилась передо мной, решил, почему бы нет, если женщина хочет? Сказав, какая она сексуальная, завалил её на кровать. Стал целовать податливые губы, чувствуя ответную страсть. Коснувшись её грудей, ощутил, как увеличились и затвердели соски. Стал их облизывать и посасывать, нежно лаская рукой треугольник её волос. Откинувшись, она рукой гладила мои волосы. Медленно спускаясь к её половому органу, продолжал целовать её тело, ласково проводя по нему кончиками пальцев и чувствуя, как оно содрогается от моих прикосновений. Легонько проведя ладонью по её набухающим половым губам, раскрыл их и осторожно коснулся языком её клитора. Отозвавшись стоном на прикосновение, влажная от возбуждения выдохнула:
– Возьми меня.
Дразня её поцелуями, принялся нежно играть языком с её клитором. Слегка постанывая и ухватив мою голову руками, принялась направлять мои движения. Внезапно оттолкнув меня, непроизвольно сжав бёдра, несколько раз конвульсивно дернувшись, обмякла. Сок любви засочился из распахнутого отверстия…
Настало время познакомить её с моим членом. Я уже собрался направить его, в её похотливое женское отверстие, как неожиданно она опрокинула меня на кровать.
– Всегда хотела, чтобы я, а ни меня, — произнесла она, медленно садясь верхом на мой член. Её раскрывшийся половыми орган, словно удав кролика, поглотила его. Поелозив на члене, устраиваясь поудобней, она принялась трахать меня.
– Господи, он… он упирается мне в матку!
Улёгшись комфортней, предоставил ей право, самой гонять мой поршень в её цилиндре. Когда он разбух до взрывного состояния, я предупредил, что готов взорваться.
– Может хоть ты, сделаешь мне ребёнка, — предложила она, не выпуская его из себя. Кончив первым, я продолжал насаживать её, пытаясь довести до оргазма. За что был скоро вознаграждён. Как её «колбасило» на моём члене! Испытав, сладость оргазма, она без сил упала рядом со мною.
– Отымей меня как шлюху, раком, — попросила она, немного отдышавшись. Я понял, что вечер будет долгим…
Пару часов спустя, трижды осеменив эту «жертву мужской неверности», я спокойно засыпал в казарме, под песни Влада Нежного. Мы иногда включали перед сном магнитофон, если по телевизору ничего не было. Хриплый голос напевал, переделанную «Команду молодости нашей»:
Теперь ты, блядь, мне не нужна,
Ты, блядь, замужняя жена,
Все бабы бляди, как и ты,
А ваша верность, лишь одни понты…
P.S. С новой подругой я расстался буквально на следующий день. Все танцы она провела рядом со мной, словно афишируя, что является моей девушкой. Когда после танцев мы подошли к её подъезду, уже не приглашая схватив меня за руку потянула в подъездную темноту. Оголив груди, принялась страстно меня целовать. Внезапно отстранившись, строго поглядела в глаза.
– Знаешь, я подумала над твоим предложением, — серьёзно начала она, – запомни, свою девственность я отдам только мужу! Только ему!
Вдруг улыбнувшись, прижавшись и целуя в губы, примирительно зашептала:
– Но, если пойдёт пар из ушей, можешь воспользоваться другой дырочкой, там можно и не предохраняться…
– Знаешь милая, — взяв её за плечи, отстранив, я недобро ухмыльнулся в ответ, – кажется ТАМ! ты давно не девственница. Только я не… — и, грязно выругавшись, развернувшись, зашагал в училище…
Через неделю на танцах она была с другим…
S.Y.