Предвкушение или в чем секрет Писо
Бесчисленный сонм журналистов, частных детективов и экстрасенсов до сих пор не могли разгадать тайну художника Писо. Одному Богу было известно, каким образом он умудряется писать настолько живые картины, что кажется, будто чувственные обнаженные тела сейчас сойдут с полотен и прямо здесь предадутся страстной и безумной любви.
Вальдемар Писо наотрез отказывался говорить о том, как именно он пишет свои картины и что придает им такую живость и чувственность. Ученые всего мира спорили годами о том, в чем причина ошеломляющего успеха «эффекта Писо» (так СМИ окрестили реакцию на творчество данного художника). Игра тысячи
цветов или плавность телесных изгибов, фотографическая точность в передаче оттенков эмоций или специальный рецепт красок на основе сердец сушеных богомолов – никто до сих пор не знал точного ответа.Чего только стоит последняя картина Писо «Предвкушение»! Нежная и сексуальная девушка с приоткрытыми губами… Ее взгляд, ее губы – все говорит о том, что она скоро испытает наслаждение. Но, что это будет? Она впустит в свои сказочные уста божественно красивый фаллос или он будет скользить между ее пышными полушариями, слегка касаясь головкой подбородка… Или девушка уже вдоволь насладилась членом и ожидает, когда живительная влага капля за каплей утолит ее жажду… Или она предпочитает женщин и ждет, пока ей позволят прикоснуться к трепетному алому цветку, распускающемуся навстречу ее поцелуям… Если у вас еще не было возможности лицезреть этот шедевр, то можете смело считать, что полжизни уже потеряно!
Лично моя жизнь с выходом в свет «Предвкушения» изменилась кардинально. Как начинающая художница я сгорала от нетерпения узнать секрет «эффекта Писо». Вальдемар стал моим кумиром. Я решила попасть в святая святых – его мастерскую и выяснить, в чем же дело. Благо, художнику требовались натурщицы со знанием китайского. Не зря я в свое время выучила язык страны восходящего солнца.
В назначенный час я пришла в студию. Ничего необычного. Мольберт, столик с красками и зеркальные стены. Даже ни малейшего намека на что – либо загадочное. Вальдемар смешивает краплак красный с охрой и делает первые наброски. Ведет себя так, словно меня не замечает вовсе. Говорят, что у гениев свои причуды. Что ж, посмотрим, что будет дальше. Писо жестом подзывает меня к себе и наклоняет мою голову к своим гениталиям:
– Давай, моя богиня, покажи, как ты любишь Писо, как ты им восхищаешься, вдохнови меня на новый шедевр!
– С удовольствием!
– Нет, не произноси ни слова – в этом и состоит вся прелесть таинства рождения моего нового детища. Я скажу тебе, когда можно будет говорить…
Несколько секунд любуюсь его великолепным членом. Вот он рядом – такой горячий и возбуждающий, такой аппетитный и внушительный… Я не буду сразу заглатывать его целиком – хочу продлить знакомство с ним как можно дольше. Подбираю язычком перламутровую капельку, уже давно привлекшую мое жадное внимание. Она так быстро тает у меня на язычке… Хочу еще, мне этого мало… Мой язычок вылизывает головку. М – м – м, она такая мягкая, теплая, вкусная. Знакомлюсь с возбуждающей рельефностью твоих извилистых вен – мой язычок впитывает в себя их бугристость и … я хочу уже познать ощущение наполненности моего ротика этим прекрасным членом. Мои губки опускаются на бархатную лиловую шляпу и всасывают ее в себя, словно шарик чупа – чупса, чтобы вытолкнуть ее снова обратно и снова всосать ее. Знаю, что мой художник хочет, чтобы я заглотила его член полностью – по глазам вижу, когда он отрывает свой взгляд от холста и смотрит, как я сосу его член.
Замечаю, что сейчас его абсолютно не волнует, получу ли удовольствие я. Но меня это не обижает, а даже заводит еще сильнее. Я стою на коленях перед ним абсолютно голая и пылающая страстью, ласкаю его детородный орган. Мне кажется, что мы слились воедино – я, член Писо, сам художник и кисть, оставляющая следы на холсте. Хватит медлить. Я уже достаточно смочила слюной его вкусный член. Теперь он без труда проскальзывает в мое горло, несмотря на свои габариты. Мои губки то сжимаются тугим кольцом, то расслабляются, обхватывая головку жезла художника. Мне нравится сосать его вкусный член, пахнущий лавандой. С упоением вдыхаю его запах, особенно, когда мой носик зарывается в его жесткую поросль. Я хочу сосать дальше, не останавливаясь, но и в то же время меня терзает ощущение пустоты между ног. Я бессовестно теку. Мои соки уже стекают по бедрам жемчужными струйками, а он все рисует свою картину. Я горю. Я хочу помочь себе руками, но мне нельзя себя ласкать. Как же это невыносимо!
Писо смотрит мне в глаза и берет меня за волосы. Ему хочется ускорить частоту моих глотательных движений. Он наматывает на руку мои волосы, кладет свою ладонь мне на затылок и буквально насаживает мою голову на свой член. Отвлекается на минуту, чтобы оставить несколько мазков на холсте и снова трахает меня в рот все усерднее. Вижу его слегка искаженное лицо. Вальдемар изливается мне в горло. Я послушно испиваю его сперму всю, до последней капли. Писо гладит меня по голове, приговаривая:
– Хорошая моя, послушная моя. Теперь ты можешь полизать мой анус. И если будешь хорошо себя вести, я позволю тебе получить немного удовольствия!
Вальдемар смачно хлопает меня по попке и я приступаю к очередной ласке. Следует сказать, опыта подобного рода у меня нет. Но я решаюсь попробовать. Раздвигаю заветные половинки. Странно. Спереди волосы есть, а здесь все гладко выбрито. Вот она, та самая звездочка, требующая тепла и ласки. Пока я рассматриваю ее, в мастерскую входит девушка и занимает вакантное место феллатрисы. Она начинает сосать член, а я пробую кончиком языка анус. Снова запах лаванды и привкус мыла. Начинаю лизать по контуру волшебную звездочку. Художник довольно рычит, не стонает, а издает какой – то дикий звериный рык. Мой язычок проникает внутрь его темного ока, исследует не спеша чувствительные стеночки его заднего прохода. Надеюсь, Писо нравится, как я ласкаю его анус. Девушка тоже сосет старательно. Ее губки и ротик похожи на неутомимый поршень, который всасывает и выталкивает снова наружу могучий жезл Вальдемара, чтобы снова вобрать его в себя. Художник хлопает в ладоши и в комнате появляются два азиата.
– Богини мои искусные, просите у них исполнить любое из своих интимных желаний, но только одно! – Обращается к нам художник.
– Я хочу, чтобы меня трахнули в киску, прямо сейчас, быстро и властно, – умоляю я, изъясняясь на их родном языке, поняв наконец – то, для чего Писо требовалось знание китайского.
– А меня в попку, – просит девушка, сосавшая член Вальдемара.