Первый раз в поезде

Я тогда только поступила в институт и после вступительных экзаменов поехала к родителям на поезде, а он оказался проводником в моем вагоне, был тогда такой студенческий строительный отряд проводников. Я попала в купе с тремя мужчинами лет 25 – 35.

Было жарко и я попросила их выйти, чтобы переодеться из джинс и футболки в халат. Но они посмеялись и сказали, что это не имеет смысла, что могу и при них переодеться, ведь все равно мне двое суток с ними ехать и они в любом случае все у меня прекрасно рассмотрят и потрогают и кое – что кое – куда засунут, так что они советуют мне не тратить зря время и не переодеваться, а просто

раздеться и приступить к намеченной программе.

Я и испугалась и неприятно мне как – то стало, поэтому я схватила свою сумку и выскочила из купе в коридор. Они лишь посмеялись и сказали, что деваться мне некуда, поезд битком, так что все равно приду к ним в купе. Что когда надумаю, то могу просто зайти и раздеться. Мне было очень обидно и страшно, я видела, что поезд полный и деваться мне правда некуда. Так я и простояла в коридоре до Тулы. А в Туле мой будущий муж вышел из купе проводников перед станцией. В Туле я хотела сойти, но проводник(мой муж, Андрей) вдруг спросил, почему я выхожу в Туле, если у меня билет до Сочи?

Не знаю сама почему, ноя все ему рассказала и расплакалась, сказав, что не знаю что мне делать. Он сказал, чтобы я успокоилась, что он командир этого отряда и как только поезд тронется, он решит мою проблему, что это его обязанность. Тут от ларька вернулись эти трое с пивом и один из них ухмыльнулся и сказал Андрею, что – то типа того, что раз я ему тоже понравилась, то они не возражают, если он будет четвертым, что ждать не долго, скоро я сама приду и при этом схватил меня рукой через джинсы за писю.

Это я потом узнала, что Андрей служил на Тихоокеанском флоте в роте особого назначения морской пехоты, а тогда понять ничего не успела, как парни эти оказались на асфальте, а их разбитые бутылки с пивом на путях под вагоном. Андрей завел меня в вагон и сказал, что я могу спокойно возвращаться в свое купе, что эти теперь побояться что – то сделать.

Но я сказала, что все равно боюсь и в купе не пойду. Тогда он подумал и сказал, что это можно решить. Его напарник заболел перед выездом, заменить его не успели и в рейсе он один. Нарушение конечно, но я могу занять купе проводников, а ему все равно все время работать, так что он должен находиться в служебном купе.

Я с радостью согласилась. В купе проводников я сразу переоделась. До сих пор помню, что одела халатик, голубой, длиной чуть выше колена, а из – за жары под ним были только тоненькие беленькие х/б трусики. Весь день я не высовывала носа из купе, Андрей не появлялся весь день, заглянул только под вечер, принес мне чаю и бутерброды. Я ела, а он стоял и смотрел на меня. Я сказала, что мне так неудобно есть, когда он все время смотрит, а он вдруг сел рядом, обнял меня за плечи и поцеловал в губы, длинно так.

Он меня целовал, а я ловила себя на мысли, что хочу, чтобы он целовал меня так долго – долго. Он так и поступил. Минут через десять я поняла, что верхние пуговицы моего халата растегнуты до пояса и его рука ласкает мою грудь и соски и произошло это не сейчас, а некоторое время назад, а я и не помню, ведь думала только о том, чтобы он продолжал меня целовать. Еще через какое – то время, я ощутила его руку у себя в трусиках. Никто из мужчин до этого никогда не касался ни моей груди, ни моей писи, нов тот момент я прекрасно помню, что единственной моей мыслью было то, что надо пошире раздвинуть ноги, чтобы ему было удобней.

А за окном какая – то станция и люди на ней. А еще помню, что сначала была моментальная резкая боль, а потом очень горячо и приятно внутри и заполнено все им. А еще все внутри меня вибрирует вместе с его движениями. А потом се внутри сжалось в комок, похолодело и сразу стало очень – очень горячо и все свело судорогой, а потом все внутри меня потекло, и его и мое.

И такая во всем теле легкость и слабость и хочется поплотнее сжать ноги, чтобы то, что внутри меня осталось там навсегда. А потом я пошла в туалет подмываться, потому что по бедрам у меня текла кровь вперемешку со спермой, и мне было очень стыдно, мне казалось, что весь вагон знает чем я сейчас занималась и слышал мои крики и стоны, и смотрят сейчас на меня совсем не так, как раньше. Я подмывалась и плакала. Потом пришла в купе и заплакала уже при Андрее.

Он начал что – то говорить и утешать меня. Говорил, что я ему еще при посадке понравилась, но он не знал как со мной познакомиться, ведь я посмотрела мимо него(это правда, я не обратила при посадке на него внимания, ну проводник и проводник, что – то вроде мебели, обратила на него внимание только в Туле)), говорил, что хотел бы встречаться со мной и дальше, что не все мужики сволочи и т. д. А я все плакала. Тогда он сказал, что больше не знает, как меня утешить, но ему будет очень жаль, если все закончится так. Тогда я, сквозь слезы, сказала ему, что он дурак, что я плачу не из – за того, что произошло, а потому, что мне очень хочется заняться с ним любовью еще раз прямо сейчас еще раз, но я не знаю как ему это сказать и мне стыдно это говорить ему.

Он тогда рассмеялся и сказал, что тоже не против и не надо бояться своих желаний, вот только мужчины не могут так быстро восстанавливать свои силы и мне придется либо ждать, либо помочь ему привести себя в боевую готовность ротиком. Я не думала ни одной секунды и через десять минут совместных усилий все повторилось.

Всю оставшуюся до Сочи дорогу мы занимались сексом еще раз десять. Потом я встречала его каждый рейс в Сочи и мы закрывались в купе проводников на все время до отъезда поезда. Через месяц я вернулась в Москву, в институт, еще через два месяца мы сыграли свадьбу, а еще через шесть месяцев у нас родилась наша старшая дочь. И вот мы вместе с Андреем уже больше 20 – ти лет, у нас трое детей, а я до сих пор очень люблю заниматься с ним сексом и делаю это с великим удовольствием и готова ради него на все.