О, дождь!
За окном, не прерываясь ни на миг, вторые сутки лил дождь.
Она не находила себе места. Всё валилось из рук. Эта разрушительная симфония дождя – монотонный стук капель, скрежет новостроек, скрип ветвей, унылые вздохи ветра. Всё это сводило её с ума! Этот дождь был всесилен, как дьявол!
Когда она в отчаянии распахнула окно, он порывом ветра отбросил со лба её густые волосы и расхохотался ей в лицо, обдав внезапным снопом молний, которые тут же превратил в стеклянные искры дождевых капель и смешал со всеобщим потоком.
– Ну, нет! – сказала она вслух и захлопнула окно.
Если она ещё хоть на миг останется
в четырёх стенах, то непременно сойдёт с ума.С твёрдым намерением лишить дьявола подобного удовольствия, она закуталась в плащ и прихватив с собой зонт, выбежала из дома.
Холодный призрак дождя рванулся ей навстречу, раскрыв объятия попытался выхватить из рук раскрывшийся зонт.
– Давай потанцуем, – шепнули мокрые листья.
– Давай покружимся, – выдохнул ветер.
– Давай поплачем! – воскликнули капли.
Она опустила зонт пониже и пошла прямо по серебряной стрелке мокрого тротуара, упирающегося во мглу.
Но через несколько минут она оказалась среди разноцветных перемигивающихся пятен афиш и автомобильных фар.
Под навесами целовались парочки. А там за фосфоресцирующим стеклом звучала музыка, улыбались нарядно одетые люди, в бокалах пенилось вино.
Не долго думая, она вошла в кафе. Сбросила мокрый плащ и ринулась под щедрое сияние пульсирующих огней. Пила будоражащее вино, лакомилась изысканными блюдами. И не запоминала глаза и руки партнёров по танцам.
Ей, в сущности, было всё равно, что пить, что слушать, с кем кружиться, лишь бы не оставаться наедине с дождём.
Новомодные часы под старину пробили полночь.
Пол слегка покачивался под её ногами, словно палуба океанского лайнера, а разноцветные огни представлялись спасительными маяками.
Ей страстно захотелось путешествий! Приключений! И ещё бог знает чего.
Она засмеялась, переполненная неожиданными чувствами. Схватила свой плащ и выбежала из кафе.
Ненавистный дождь терпеливо поджидал её у порога, но на этот раз она не почувствовала его присутствия. Она слышала ни стук капель, а сладкие удары собственного сердца и победоносное постукивание своих каблучков.
– Как хорошо! – выдохнула она. – Как здорово!
Она свободна, молода, красива! И мир так мягок и доступен…
Она подняла руку, чтобы поймать капли и подбросить их на ладони, как бусы, утратившие связующую нить и нанизать их на искрящиеся мгновения этой ночи, улетающей так стремительно, так восхитительно!
И, вдруг, она увидела его! Он стоял в телефонной будке и нервно крутил диск. Она видела его профиль, густую прядь на лбу и нетерпеливые пальцы.
Снова и снова он набирал один и тот же номер. По – видимому, там на другом конце провода никто не брал трубку.
Казалось, время остановилось. Она не заметила, как опустила зонт и её волосы промокли. Она не могла оторвать от него взгляда. И очнулась только тогда, когда он, выйдя из кабины, яростно хлопнул дверью.
– Простите! – она стремительно подошла к нему.
Их глаза встретились. Пауза затянулась…
Ореховые глаза смотрели вопросительно и немного сердито.
– Извините, – она отступила, – не знаю что со мной. Увидела вас в этой будке и не могла оторваться. Какое – то нелепое наваждение…
– Ну, почему же, – сказал он, – вы без машины? Вы промокли, – он посмотрел на её волосы, – вас подвезти?
– Да, если вас это не затруднит.
Он сделал жест рукой, и она молча пошла за ним.
Устроившись поудобнее в автомобиле, она попыталась хоть немного просушить волосы.
Он посмотрел на неё в зеркало и их глаза встретились.
– Приехал к другу, – почему – то сказал он, – а его нет. Пришлось остановиться в гостинице.
Её не интересовало говорит он правду или лжёт…
– Мы могли бы вместе выпить чашечку кофе, – сказала она, проводя щёткой по волосам, – но я не могу пригласить вас к себе…
– Понимаю, – обронил он и улыбнулся.
Она не стала выяснять, что именно он понимает, а просто улыбнулась в ответ призывно и кротко одновременно, – может быть, вы пригласите меня на чашечку кофе… в гостиницу…
– Может быть, – всю оставшуюся часть пути он молчал.
Когда автомобиль остановился, и он открыл дверцу, приглашая её выйти, она спросила, – и так?
Он рассмеялся, – вы, воистину, странная женщина. Мы у дверей гостиницы. Я приглашаю вас на чашечку кофе, как вы и хотели. Мужу звонить будете?
– Зачем?
– Скажете ему, что вы у подруги…
Она чуть – чуть не сказала, что мужа у неё нет, и что заводить его в ближайшем будущем она не собирается. Но вовремя прикусила губу.
– Вам идёт эта гримаса, – сказал он с улыбкой. – Знаете, чего вам не хватает?
– Чего же?
– Норковой шубы.
На этот раз они рассмеялись в месте.
– Я не ношу норковых шуб.
– Почему?
– Пусть норки живут.
– Согласен.
Когда они поднялись в номер, он спросил ее, не хочет ли она принять ванну?
Она кивнула. Двери оставались открытыми…
Но он не проявлял нетерпения.
Когда она вышла из ванной, её ждал ароматный кофе и поздний ужин.
Они пили терпкое волнующее вино. Он не пытался нарушить молчания.
Она смотрела на него поверх бокала и думала о том, что же будет дальше…
А дальше, он оставил в её распоряжении постель и устроился в кресле…
Она готова была убить его!!!
Но вместо этого она закричала, – о Боже! Здесь кто – то ползает! Скорее сюда! У меня сейчас разорвётся сердце!
Он бросился к ней, что – то опрокинув в темноте. Чертыхнулся. Его рука потянулась к ночнику, – нужно зажечь свет!
– Нет, вот свет, как раз зажигать не надо, – сказала она, – а впрочем, если хочешь, зажги… – она обхватила его руки, приподнялась и жадно прильнула к его губам.
– Ты редкий экземпляр! – выдохнула она.
Он хотел что – то сказать, но она ладонью закрыла ему губы, – только ради бога не спрашивай, что я делаю. Я соблазняю тебя. Я тебя хочу!
Её губы уткнулись в его шею и заскользили по ней, – какой ты сладкий! – она лизнула его несколько раз, так, как кошка облизывает мороженое.
– Значит, ты не замёрзла под дождём, – хрипло проговорил он, – ты обманула меня, коварная…
– Тебе это не было понятно с самого начала? – она засмеялась, роняя его на себя, – какой ты тяжёлый. Какой милый! – её губы испепеляли его кожу. Она бродила по нему, она исследовала его, то языком, то губами…
Её руки вскоре не оставили на нём ни единой нитки. Даже воспоминания об одежде исчезли…
Ему стало казаться, что он всю жизнь носил на себе только её объятия и был одет лишь в её поцелуи.
– Какая женщина! – звучало то ли внизу. То ли за стеной, а может быть в его голове.
В это время её руки уже были между его ног и ласкали самое сокровенное. Она с удовольствием перебирала волоски внизу его живота и гладила их, как только что приобретённое пушистое животное; сжимала в руке его трепещущий фаллос, тёрлась грудью о его тело, сводя его с ума.
Она то медленно наклонялась к его губам и пила его влагу, делая поцелуй непрерывным, то, распластавшись на его теле, дышала жарко и страстно, то отодвигалась и наслаждалась зрелищем его возбуждённого тела.
Не выдержав этой пытки, он резко поднялся, притянул её и опустил на себя.
О, это был фейерверк! Ослепительный и мгновенный! Нестерпимое сжигающее желание сконцентрировалось и взорвалось!
Он лежал опустошённый в полном смущении, не веря, что это могло произойти в действительности…
А она потянулась всем телом и включила ночник.
Он невольно закрыл глаза.
– Как много спермы, – выдохнула она сладко и улеглась рядом.
Придя в себя, он наклонился к ней, заглянул в золотисто – зелёные глаза, поцеловал в губы.
Его руки медленно задвигались по её телу, изучая его и лаская. Дорожки его неспешных поцелуев, покрыв лицо, шею, грудь, медленно спускались вниз, наполняя её ожиданием и сладким томлением.
Его окрепший фаллос тёрся о её ноги. И эта твёрдость сводила её с ума.
Он положил руки на низ её живота. Кончики его пальцев дотронулись до её тёплых губ и замерли. Она запрокинула голову и застонала.
Его рот приник к её лону, и она почувствовала, как его язык совершает маленькие круги обходы, лаская её набухший бутон.
Влага её желания текла по его губам…
– Ах, я больше не могу, – прошептала она, – пожалуйста…
Он положил фаллос между её ног, и она прогнулась, устремляясь ему навстречу, пытаясь захватить его своим лоном и втянуть в себя.
– О! – простонала она. И он вошёл в неё.
– Хочу твой язык, – она жадно пробралась во внутрь его рта. Кончики их языков соприкоснулись, и они принялись жадно облизывать друг друга.
Он держал свои руки на её груди и двигался внутри неё, стараясь проникнуть как можно глубже. Ему хотелось раствориться в ней, остаться там внутри.
Она была вся мокрая. Дрожь сладострастия пронизывала её тело.
– Ещё – ещё, – шептала она хриплым голосом, – о, как хорошо! Я обожаю тебя! Ещё – ещё! – и в этот миг струя его спермы выплеснулась в её лоно.
… Спокойной она оставалась недолго. Через несколько минут она бросилась к нему и стала неистово целовать сначала лицо, а потом и всё его тело.
Он возбудился от её горячки, заразился неиссякаемой чувственностью и стал отвечать на безумные поцелуи не менее страстно.
Его ладони легли на её бёдра, приподняли их, стоя на коленях, он вошёл в её лоно.
Она стонала от наслаждения, а он смотрел на её горящие щёки, полузакрытые глаза, полные губы и двигался, двигался, то, убыстряя, то, замедляя движения. Ему нравилось видеть её настающее возбуждение, её жажду сладострастия. И когда она готова была взорваться оргазмом, он переменил позу, прижав её всем телом к влажным простыням и впиваясь губами в её горячий рот.
Миг наивысшего наслаждения был одновременным для них.
Когда всё кончилось, у них не было сил разжать объятия, и они уснули изнеможённые и счастливые.
Утром он протянул руку и… наткнулся на что – то мягкое. Приподнялся в постели и протёр глаза. Вокруг был полный бедлам. Её не было.
– Как же так?! – произнёс он вслух, – ведь я люблю её, чёрт возьми! – и сам поразился своим словам, – нет! Она не отделается от меня таким образом!
…………………………………………………………………
Домой она вернулась на рассвете. Умиротворённое тело сладко ныло.
Дьявол был повержен. Дождь прекратился. День обещал быть солнечным.
Вскоре она забыла о своём ночном приключении.
И каково было её удивление, когда, однажды вернувшись, домой с работы, она застала его на лестничной площадке.
– Вы лишились дара речи? – спросил он спокойно.
– Что вы здесь делаете, чёрт побери?!
– Зашёл выпить чашечку кофе.
– Но как вы нашли меня? Вы даже имени моего не знаете!
– О, я знаю о вас так много! Неужели вы надеялись, ворвавшись в мою жизнь, так просто от меня отделаться, милая Дарья?!
Она усмехнулась.
– Правда ваша профессия оказалась для меня большой неожиданностью…
– Да?
– Не так уж часто кандидат экономических наук… – он не договорил.
И они вместе расхохотались.
………………………………………………………………
– Между прочим, сказал он, допив чашку крепкого кофе, – я пришёл. Чтобы сделать вам предложение. Надеюсь, что вы выйдете за меня замуж в этом месяце?
– Но…
– Как честная женщина, соблазнив мужчину, вы просто обязаны это сделать, Дарья! – его губы улыбались.
Она собралась открыть рот.
– Я уезжаю за границу на год. Нам следует поторопиться.
– Но!
– О, я так и знал, что вы согласитесь, – сказал он, игнорируя её немые протесты.
– Да, разрешить представиться, – Александр.
Он взял её руку и надел на палец кольцо.
– Это всё дождь! – выдохнула она.