Невероятный билет в юность (3 часть)
Утром зашёл я к здешнему Пал Палычу, здесь ему было всего 26 лет, а в моём мире — 66. Так что у него всё ещё впереди, но под глаз я ему на всякий случай «засветил». Чтобы обо мне не забыл и позвал, когда вновь контакт будет. Три недели? — хорошо, побудем здесь ещё, тем более, что мaмoчка просила посмотреть списанную пиш. машинку. Может наконец удастся её отремонтировать, а то служебная «Москва» давно на ладан дышит. Ну ладно — займусь, заодно мaмoчка и «отблагодарит» сыночка.
А вот по логике — есть ли связь между ремонтом списанной пишущей машинки и соблазнением любимой yчитeльницы? По логике вроде нет, но в жизни бывают
такие ситуации — просто закачаешься! Так и у меня получилось!Оказалось, что машинка давно стоит у нас дома в кладовке. А машинка классная — «Роботрон» из ГДР. Слесарь у мaмoчки на работе посмотрел-покрутил её и плюнул, пришлось списать, ну а маман, как любая женщина, склонная к хомячизму — попросила шофёра шефа завезти её к нам домой. Посмотрел я её, весь вечер провозился, крепко помучился с переводом инструкции по ремонту и понял — практически ерунда делов. Там есть внутри две такие подпружиненные ленты, сразу и не поймешь, а одна лопнула и каретка не двигалась, введя в ступор нашего слесаря. Заменил я эти ленты, достав из ящика запасные и в конце-концов разобравшись, понял, что «Роботрон» — это вещь!
Мягкий негромкий ход, регулируемый удар, а красота шрифта — просто супер! Маман моя, увидев на следующий день это чудо после моего ремонта, попросила меня перепечатать списки очередников нашего управления. Дело в том, что в следующем году должна сдаваться новая пятиэтажка аж на четыре подъезда. Вот тут меня буквально и стукнуло — я вспомнил!
Положив утром списки в портфель, я резво направился в шкoлу. Конечно, начало июля, шкoла практически пустая, только двое маляров подкрашивают, наводя марафет на фасаде. Но вот я твёрдо был уверен, что моя любимая красотка-учительница Ирина Геннадьевна, преподающая нам немецкий язык, точно должна быть в шкoле. По логике! Дело в том, что её кабинет был в три раза больше её комнатки в семейке, да ещё и сынок юный пятиклассник постоянно дома толкается под ногами, а вечером и муж приплывёт — романтики полные штаны! Ни сесть, ни отдохнуть, а полноценном сексе ей похоже только помечтать! Ещё бы — жить семьёй втроём на этих крошечных квадратах!
— Сашок-Сашенька, какой ты негодяй! — тихо проворковала она, погладив меня по волосам. Всегда меня смущаешь и даже возбуждаешь. Говори, сколько девчонок ты совратил. Ой, не целуй так! — я нежно поцеловал её в щёчку и ушко. Какой ты ласковый и внимательный, мой любимый ученик! Мне так приятно, Сашок…
— А Вы моя любимая yчитeльница и любимая женщина, Ирина Геннадьевна. Да разве можно в Вас не влюбиться? Нельзя! Кстати, чтобы доказать моё внимание и мою любовь, раз Вы так скептически смотрите, я сейчас покажу Вам потрясный сюрприз! С Вас пять горячих, очень горячих поцелуев — я смотрел в её удивлённые глаза совершенно серьёзно, держа её горячие пальчики в своей руке.
— Саша, дорогой, ты серьёзно? Ты не шутишь? У меня сердце почему-то ёкнуло, — она тоже стала серьёзной и внимательно смотрела на меня, поняв, что сейчас я не шучу.
— Хорошо, Ирина! — она, обалдев и не обратила внимание на мою оговорку. Сначала дело, потом поцелуи. И закройте дверь на засов, дело совершенно секретное.
Замок щёлкнул, Ирина, вдруг немного побледнев и смахнув слезу, вдруг отошла к окну и стала смотреть во двор, видимо пряча слёзы. Прошептала: — «Ты один обо мне думаешь и всегда заботишься, Сашок! То чулки подаришь, то цветы, то маленький будильник, то книгу, а сейчас вот — духи». Я обнял её сзади и крепко прижал к себе, а мой «взбунтовавшийся» член сразу резко встал и прижался к её мягкой круглой попе. Ах, какая у неё попка, как она играла, сильно натягивая ткань узкой юбки, как она смущала умы наших парней, когда она шла по коридору шкoлы или репетировала с нами в драмкружке. Слегка прижав её крупную грудь, я нежно поцеловал её шею и розовое ушко, а затем голосом Змея, совратившего Еву, тихо, но чётко и внятно прошептал на горевшее от моих поцелуев ушко красавицы-учительницы:
— Вопрос! А что сделает великолепная красавица Ирина тому, кто вдруг сможет пробить ей квартиру в новом доме? Две комнаты Вас устроят, красотка-мадам?
Она резко повернулась ко мне и, положив свои горячие руки мне на плечи, ещё больше вдруг побледнев, чуть хриплым голосом сказала — «Всё на свете, что смогу! Я восемь лет в этом ужасе живу. Сыну уже двенадцать, а он друзей не может пригласить. С мужем нормально не могу…» — она смутилась и замолчала, с надеждой заглядывая мне в глаза.
Забрав списки, я встал и положил их в портфель. Затем крепко обняв её, я негромко прошептал в её горевшее огнём сладкое ушко:
— Теперь только пожелай мне удачи! Три раза! — и я так страстно впился в её полные губки, раскрытые мне навстречу.
Её горячие руки обняли меня, её чудесные губки и язычок дарили мне такую сладость, что я чуть не сходил с ума от вожделения. Как я желал эту прелестную красотку, мою любимую yчитeльницу, ночную мечту всех парней нашей шкoлы. Чуть отстранившись, я просунул руку и стал нежно мять её крупную мягкую грудь. А она ещё и расстегнула пару пуговиц своей блузки. Почувствовав шелк её лифчика, я просто взлетел и воспарил, боясь только кончить в трусы. Но вот наши губы разомкнулись — закончился воздух. Шумно дыша, она гладила меня по плечам и голове, затем, втянув воздух, с надеждой прошептала:
— Сашочек, неужели это возможно? Ты не обманываешь меня? В моём положении и за соломинку схватишься — получить квартиру, представляешь? Получится — я твоя вечная должница, Сашок! Запомни это!
Почувствовав, что её ласк и поцелуев я вскоре просто взорвусь, я опустил руки на её классную попку и стал с силой мять её мягкие полные ягодицы, получая невероятное удовольствие. Затем, просто озверев от дикого желания, я развернул Иру-Ирочку, как я её сейчас назвал вслух, лицом к столу и нагнул её. А она просто послушно легла грудью на стол, выклячив свою классную попку. Через секунду её лёгкая шелковая юбку взлетела к талии, а её кружевные трусики сползли к щиколоткам. С каким невероятным удовольствием мой каменный от прилива крови и возбуждения от красот Ирины член влетел между её тёмно-розовых половых губок, видневшихся между немного раздвинутых ножек, чуть пониже её великолепной попки.
Я с наслаждением взялся руками на её горячие бёдра и тут сразу привет! — я сразу же стал кончать от возбуждения! А что поделаешь — юношеская гиперсексуальность! Я тихонько взвыл, но к счастью мой «орёл» и не думал падать, так что крепко взявшись за классные бёдра Ирины, я судорожно и с диким удовольствием стал вновь делать свои фрикции. Наслаждение моментом было невероятное — я вошёл в вагину Ирины Геннадьевны! Как страстно я мечтал об этом целый год, страдая после занятий в драмкружке от её сексуальности, и вот оно — моя мечта в реале, моя мечта исполнилась! Сейчас я был просто счастлив! Она в позе передо мной! Супер!Это точно была сказка!
— Сашок, какой ты развратник, совратил замужнюю женщину. Но мне было очень приятно, честно говоря! Сто лет так не кончала, дома ведь никак, а тут так чудесно получилось … она похоже немного смутилась, стоя передо мной в полуголом виде и вытирая моим носовым платком свой тёмный треугольник внизу живота. А мне она сунула какую-то салфетку из своей сумочки. Ну и видок был у нас!
Мы привели свою одежду в порядок и, нежно обняв и поцеловав на прощанье свою взрослую любовницу, как я её теперь после её откровений и нашего секса считал, сказал, что мы должны теперь встретиться послезавтра. Я же должен показать ей, что получилось у меня. Ирина предложила тогда встретиться здесь же, в её кабинете, в 10 часов утра. Никого не будет и мы рассмотрим документы, хорошо, Сашок? Ну хорошо, Ирочка! А теперь поцелуй на прощанье и удачу! Какой он был сладкий от удовлетворённой похоже женщины. А какая яркая надежда светилась в её красивых глазах!
После обеда я перепечатал списки набело, на Роботроне вышло и быстро и довольно красиво. Маман была в полном восторге — и выполнила приказ шефа и теперь не стыдно списки, отпечатанные таким шрифтом, понести в горисполком. У них такой машинки и нет! На другой день она, как инспектор отдела кадров, подписала списки у начальника ОК и потом подпись «Согласовано» и печать у председателя профкома. Теперь осталось только ждать приезда её шефа из Киева.
И раз списки лежат у маман в столе, то взяв второй экземпляр, я следующим утром направился к красавице Ирине-Ирочке — показать списки и похвастаться конечно. Ну и «благодарность» получить! Красавица просто танцуя от ожидания, выскочила и буквально втащила меня в свой кабинет. А закрыв дверь на ключ и поняв всё по моему сияющему лицу, она сама вся просияла, буквально осветив светом своих засверкавших от радости глаз весь кабинет и стала страстно и бурно целовать меня.
Тихонько завизжав от радости, Ирина стала меня так страстно целовать, прижимаясь всем телом, что даже немного испугался этого урагана — как бы мне не кончить от возбуждения этой шикарной красоткой в штаны. Мой член явно был готов «к труду и обороне». Но довольно предусмотрительная, как и все женщины перед приходом любовника, моя красавица Ирочка всё предусмотрела. Она достала из шкафчика два небольших матрасика, которые мы использовали в спектаклях нашего драмкружка и мы опустились на них, быстро скинув верхнюю одежду. И, пока Ирина снимала юбку и свои красивые трусики, я чуть не кончил от восторга!
Кстати, полуголая Ирэн сильно выигрывала — фигура у неё высший класс! А какое это блаженство для парня моих теперешних лет — лежать между широко раздвинутых ножек шикарной молодой женщины и войти в неё, затем совершая эти сладкие фрикции. Её животик так обжигал меня, её грудь так пружинила подо мной — я был в раю! Чуть не потеряв сознание от удовольствия, я очнулся от её горячего шёпота:
— Сашенька, ты просто мой сладкий негодяй! Опять кончил в меня! Я же так могу от тебя забеременеть! Точно! И ты будешь юным папочкой 18 лет!
Это было так чудесно и немного пикантно — я лежу между широко раздвинутых ножек своей красотки-учительницы, мой член ещё немного пульсирует, горячие капли моей спермы понемногу стекают в её горячее лоно, в котором было также горячо, как в вулкане нашей страсти. А мы беседуем о распределении квартир! Видок со стороны — просто обалдеть!
Ну а сейчас мы оба были немного обалдевшие от этого классного адюльтера. Мы тихонько покинули шкoлу и разошлись по своим улицам, договорившись вновь встретиться послезавтра.