На берегу озера
Леонид взялся за костер и, наготовив углей, стал готовить барбекю. Я же развалилась на покрывале и задремала под его неугомонную болтовню. Очнулась, услышав плеск воды — Леонид решил искупаться. Глядя на него, я в который раз удивилась себе.
Как так могло произойти, что уже который год я близка с таким человеком? Уродливая, по-другому не скажешь, фигура с отвисшим животом и коротенькими, кривыми ножками, все тело покрыто волосами — где темными, где седыми, где густо, где пусто. И хотя от этих мыслей у меня не возникает никакой антипатии к нему, они заполняют мой мозг всякий раз, когда я вижу Леонида раздетым.
Удивительно, но он абсолютно не стесняется меня, не стесняется своего тела… Почему я очень трудно подавляю неприязнь к любым другим мужчинам, обладающими и гораздо меньшими недостатками? Я научилась получать удовлетворение от мужчин, несмотря на их внешность, комплекцию, возраст, но каких это мне стоит усилий! А этому человеку я принадлежу, принадлежу безропотно и желанно…
Мясо удалось. Но вино не развеселило — почему-то, стало как-то неуютно и скучно, я попробовала вновь прилечь. Леонид заметил мое состояние, предположив, что мне просто жарко. Жарко стало действительно и я согласилась снять водолазку, но снимать джинсы не стала, сожалея, что не взяла купальник. Мне очень захотелось вернуться домой, уже готова была сказать про это, но… Я открыла глаза когда Леонид присел прямо около моего лица и повернулся так, что его влажные трусы оказались в сантиметрах от меня.
— Давай-ка, немного развеселимся, — и я поняла, что он подразумевает. Его пальцы заскользили по моему телу, все более и более волнуя меня, а когда они стали рисовать на моей груди, повторяя узор на бюстгальтере, я почувствовала возбуждение. Я прекрасно знала, что это не продлится долго, так и произошло. Леонид приспустил свои трусы и вытащил свой член — хоть и безвольно мягкий, но производящий впечатление своими объемами. Интересно, но когда этот орган возбуждаясь твердеет, он не становится намного больше. Головка коснулась моих губ и я, не сопротивляясь, приняла ее в свой рот. Это только так говорится — головка, на самом деле эта часть члена Леонида, даже расслабленного, настолько велика, что полностью заполняет мой рот и я всегда мучаюсь, когда пытаюсь взять поглубже. А я знаю — Леонид очень любит, да и все мужчины, наверное, тоже, когда я «впускаю его по максимуму» и начинаю сосать.
Я знала, что мне не удастся оживить эту плоть, но… В какой уже раз я старалась во что бы то ни стало это сделать! Это какой-то азарт! …
Не знаю — сколько прошло времени, Леонид сам, как всегда, отстранился от меня и поднялся, недовольно ворча, а я вновь почувствовала досаду, что не смогла: Мы стали собираться и вскоре поехали домой.
— Интересно, а почему ты никогда сама не предложишь поласкать меня? — он задал мне этот вопрос, когда мы сидели в машине,
— Я вижу, что тебе не противно этим заниматься, даже наоборот. Но почему-то я всегда чуть ли не заставляю тебя делать это.
Не зная, что ответить я стала нести какую-то чушь про стеснение, приличие и т.д.
— Ерунда! — прервал он меня и дальше мы ехали молча.
Когда оставалось ехать минут пять, Леонид сбавил скорость и свернул с трассы. На мой вопрос он не ответил, взял мою руку и прижал себе между ног. Под брюками я почувствовала возбужденный член и поняла, что он затеял. Я знаю, спорить в такие минуты с ним бесполезно, и стала стискивать с себя джинсы вместе с трусиками. На лице Леонида появилась довольная улыбка. Он остановил машину в каком-то перелеске, прижавшись моей стороной к кустам. Обойдя машину и открыв мою дверцу, стал поторапливать меня и как только я избавилась от штанин, вытащил меня из машины и развернул к себе спиной. Лишь я уперлась руками в капот, почувствовала прикосновение его члена, раздвинула ноги и нагнулась — член сразу же оказался во мне. Он старался сразу же проникнуть как можно глубже и мне это нравилось, я, как могла, помогала ему. С каждым толчком я все более и более возбуждалась и наконец настал момент, когда я перестала ощущать окружающее — мною полостью овладело возбуждение… Я хотела еще и еще…
Мне казалось, что еще совсем немного и я «взорвусь» от наслаждения. Леонид кончил раньше… Он сразу же вынул из меня член и полез в машину за полотенцем, а я, оставаясь в той же позе и сделав автоматически еще несколько движений, пыталась то ли успокоиться, то ли все-таки уловить оргазм.
Мне не захотелось надевать джинсы и я села в машину, обернувшись полотенцем, и когда мы по дороге остановились зачем-то у придорожного рынка, Леонид вышел один. А когда он вернулся, неся в руке пакет лишь с тремя огурцами, я поняла для чего, вернее — для кого, он их купил, но ничего не стала говорить.
Когда мы приехали, я сразу побежала в ванную комнату. Эту комнату Дима сделал так, как я именно хотела — большая и светлая, с маленькими окнами под потолком, с ванной посередине, с удобной, очень дорогой душевой кабиной и, с не менее дорогой, сантехникой. С громадным, во всю стену зеркалом, перед которым я встала после того, как долго наслаждалась прохладной водой в душевой кабине. Высушила волосы, намазалась кремами, слегка навела макияж и… Не спешила уходить, не хотелось.