Моя Женя (2 часть)
В отличие от гостиной шторы в Юркиной комнате были задернуты. Обзор на кровать скрывал огромный лакированный шкаф советского производства. Я несмело сделал пару шагов и моему взору предстала прекраснейшая из женщин. Свет сквозь шторы был тусклым, но за окном было светло и того, что я видел, мне было достаточно. Женя лежала на боку, прикрывшись простынкой. Тонкая белая ткань четко очерчивала изящный изгиб ее бедра. Одна нога свисала с края кровати. Каштановые завитушки рассыпаны на подушке. Я сделал еще один шаг вперед. Скрипнула половица. Закрытые глаза распахнулись и я увидел океан ее души. На этот раз тишину нарушил мой громкий
взволнованный глоток.— Привет, — тихо сказала Женя.
— Привет, — прошептал я.
Я подошел поближе и сел на корточки. Ее ресницы запорхали. Наверное, ей стало неловко от моего взгляда. Я мягко взял ее за руку и поцеловал, как истинный джентльмен. Женя смущенно улыбнулась. Для меня это подействовало как приглашение. Я стал целовать ее пальцы каждый по отдельности. Вряд ли она держала их члены. Хотя от Радика можно было ожидать всего. Ну и черт с ним. Завтра я его урою. Разговор с ним у нас еще не закончен. Я поцеловал подушечки на ее пальцах. Затем встал и сорвал с себя всю одежду. Это заняло некоторое время. Чтобы снять носки, мне пришлось сесть на кровать. Мое сердце бешено заколотилось. Вот он, момент, которого я ждал всю ночь. Неожиданно я вспомнил, что у меня немытые волосы. Черт, как не кстати. Я посмотрел на Женю. Продолжая улыбаться, она приглашающе распахнула простыню и я, наконец, лег рядом с ней. Наши тела пока не соприкасались, но я всем боком чувствовал жар ее тела. Некоторое время я лежал неподвижно и смотрел в потолок, пытаясь успокоиться и замедлить свое сердцебиение. Помогало мало. Боковым зрением я заметил, что Женя внимательно смотрит на меня. Она ждала моих действий.
Что же мне делать? Залезть на нее? Так сразу? Честно говоря, я никогда не участвовал в групповухах. Это же групповуха? Мы же трахаем ее по очереди. Или групповуха — это когда все вместе и сразу? Черт, о чем я думаю? Я выругался про себя, затем глубоко вздохнул и повернулся к Жене. Наши глаза опять встретились. Она смотрела на меня пронзительно, словно читала мои мысли. На пацанов она так не смотрела, почему-то в этом я был уверен на сто процентов. Радик и Юрка — хищники, они просто берут свое и мнение этого своего их мало волнует. А Антон слишком неопытен. Хотя кому я вру, я и сам совершенный профан в этих делах. Но Антон хлюпик. Такой женщиной ему еще рано обладать. Что же я? Мне, что ли, самое время? Я изучал прекрасное Женино лицо. Ее лучистые — даже в полумраке — глаза, пышные ресницы, аккуратные веки. Ее густые черные брови. А губы, о, эти губы! Я потянулся к ним и мы оба медленно закрыли глаза. В тот же миг я почувствовал ее язык. Гибкий, длинный, шустрый… опытный. Она схватила меня за голову и начала страстно целовать. О, боже! Я похоже в раю. Подняв ногу и положив на мое бедро, Женя подтянула к себе всю нижнюю часть моего тела. Меня обожгло ее жаром. Я обнял ее и прижал к себе в ответ. Два больших горячих шара от этого движения вжались в мою грудь. Да, она действительно горячая штучка! В пылу страсти я случайно прошелся коленом по ее влажной вульве, отчего Женя вдруг громко простонала, выдохнув теплотой мне в щеку. Но черт, черт, черт! Дальше со мной произошло то, чего я ожидал меньше всего на свете.
— У тебя не стоит, — продышала мне в ухо Женя.
Как так, подумал я и понял, что она права. Мой увядший член беспомощно терся о Женин лобок. В голове молниеносно пронеслось: «Ментоловые сигареты». Женя остыла. Я лишь слышал ее затихающее дыхание. Или это из-за пива? Так бывает, когда перепьешь. Но бывало, что я выпивал и больше, и все потом было нормально. Словно прочитав мои мысли, Женя погладила меня по спине.
— Наверное, ты слишком много выпил… — сказала она.
Я мотнул головой.
— Нет.
— Тогда что же?
Ее голова лежала на моей и я представил себе, как она грустно смотрит на ручку шкафа.
— Я волнуюсь, — прошептал я ей в ухо. Это было правдой. Другие аргументы я отсеял.
— Из-за чего? Из-за меня? — спросила Женя.
Я кивнул.
Она подняла голову и посмотрела на меня. Упруго всколыхнулась ее увесистая грудь.
— Из-за меня? — снова спросила Женя. — Ты серьезно?
— Да, — ответил я и отвел взгляд в сторону.
— Я тебе нравлюсь? — Женю положила голову на мою грудь. Обычное движение, но от этого мое сердце заколотилось еще быстрее и она прекрасно это услышала.
Она смотрела на меня снизу вверх. Я снова встретился с ее глазами.
— Иначе что бы я тут делал? — я вытянул из-под нее руку и прикоснулся к ее щеке, погладил большим пальцем.
— Ты пришел, чтобы переспать со мной, — не отрывая взгляда, сказала Женя.
— Да, — признался я. — Но, как видишь, ничего не получается. И все равно ты мне нравишься.
В дверь негромко постучались. Антон, зараза.
— Егор, — раздался его тихий голос. — Егор, ты все?
— Сука, я тебе башку размозжу! — разозлился я.
Дверь захлопнулась. Женя хихикнула.
— Он порвал свой презерватив.
— Да, я в курсе, — ляпнул я. Улыбка с лица Жени мгновенно исчезла. Ну, пиздец. — Прости. Я не должен был тебе говорить, то есть он не должен был нам… а, ладно, забудь.
— Ничего. Я привыкла.
Больно было услышать такие слова. Волна странной примеси ненависти к этим ублюдкам и страсти к ней пробежала сквозь мое тело. Я схватил Женю под мышки и перевернул под себя. Снова впился в ее уже остывшие губы. Она ответила на него. Нежное девичье тельце сжалось в моих руках и Женя громко ахнула. Наши рты разомкнулись. Натянулась и лопнула тонкая нить нашей общей слюны, и упала на ее подбородок. Я стал покрывать поцелуями Женино лицо. Женя приоткрыла от удовольствия рот и издала короткий невнятный звук.
— Я тебя люблю, Женя, — признался я между поцелуями. — Влюбился как только увидел… Я чуть не избил Радика, когда он рассказывал про тебя эти грязные вещи…
Женя учащенно задышала. Переместив губы к шее, я положил руку ей на лобок. Бедра покорно разошлись, приглашая меня ниже. Влажная, липкая пизда, которую только что оттрахали двое, приняла мои пальцы с ожидаемой легкостью, но я не торопился. Я двигался медленно. Пальцы входили в нее на одну фалангу и, натягивая кожицу, выходили обратно уже к области под клитором. Женя выгнулась и вскрикнула, затем, закусив нижнюю губу, стала извиваться под равномерные движения моих пальцев. Перед моим лицом раскачивались ее большие мясистые груди. Я засосал ближайший сосок и ввел пальцы до самых костяшек. Женя опять вскрикнула, на этот раз с придыханием.
— Ах!
— Обалдеть! Что это было? — отдышавшись, наконец, спросила Женя.
Я пожал плечами. Посмотрел на нее. Ее лицо блестело от пота, ко лбу прилип одинокий локон. Женя попыталась его сдуть. Безрезультатно. Я протянул руку и убрал его в сторону. Вернул руку, посмотрел на нее и сунул пальцы, которыми только что оттрахал Женю до оргазма, себе в рот. Я высосал весь ее сок из своих пальцев. Женя наблюдала за всем этим с непонимающей улыбкой. Я вынул из рта пальцы, опустил руку и приник к ней. Затем был долгий поцелуй, уже менее страстный. Но зато он был более искренний, личный, полный взаимопонимания. Мы просто сидели на кровати и ласкали друг друг губами, языками.
— Я тебе верю, — прошептала Женя. Мы снова, наверное, в сотый раз, посмотрели друг другу в глаза. — Ты хочешь, чтобы я стала твоей девушкой?
Я кивнул.
— Хочу.
— А как же твои друзья?
— Идут нахуй.
— А остальные?
Мое сердце съежилось. Сколько у нее их было?
— На хуй, — решительно ответил я.
— Пауза, — сказала она, отводя взгляд. — Тебе, наверное, интересно, сколько их было.
— Можешь не отвечать. Я ведь все знал и все равно я тебя люблю, — я говорил чистую правду.
— Это только сейчас…
— Так мы и живем сейчас.
— А что дальше?
— Поживем-увидим. Зачем загадывать?
Мы обнялись.
— Я так долго тебя ждала, — на мое плечо капнули теплые слезы. — Так ждала.
Я опять стал расцеловывать ее лицо. Ее слезы впитывались в губы, я ощущал их соль.
— Любимая…
— Если ты меня обманешь, я уже не смогу жить. Понимаешь? Не смогу.
Я промолчал. А что говорить? Я все сказал.
Еще часа полтора мы просто лежали в обнимку, разговаривая о самом разном. Оказалось, что я нравился ей еще со шкoлы, но я ее не замечал. Сказала, что мы встретились однажды в городе, и даже поздоровались. Я этого не помнил. Странно, подумал я. Как же я не запомнил такую красотку? Чем была забита моя голова?
В окно соседнего дома ударил первый луч и, отразившись, упал на Женин живот. Я поцеловал это место, чуть выше пупка.
— Мне пора, — сказала Женя.
— Я тебя провожу.
Мы оделись и вышли из комнаты. Вошли в гостиную, держась за руки. Юрка лежал на диване, отвернувшись к спине, и громко храпел. Антон сидел в кресле, склонив голову на бок. С губ по щеке у него текла слюна, в руке была зажата новая пачка презервативов. Я усмехнулся. Эх, Антоша… Я легко перепрыгнул через подоконник и, подхватив Женю, помог ей спуститься. И мы неторопливо побрели домой. Мы молчали всю дорогу. Я думал о ней, о завтрашнем дне. Она думала о своем. Наверное, тоже о чем-то подобном. Дойдя до ее подъезда, мы остановились и долго смотрели друг на друга.
— Знаешь, о чем я подумала? — сказала Женя и выцепила перышко из моих волос.
— О чем? — спросил я. Женя положила перышко на ладонь и дунула в мое лицо.
— Ты ведь так и не кончил, — понизив голос, напомнила она.
— Переживу, — ответил я.
— Может, сейчас? Я тебе помогу.
— Не надо. Мне до сих пор как-то не по себе. Второго позора я не переживу. Лучше я пойду домой, лягу под одеяло и спокойно сдрочу все, что накопилось, — я говорил на полном серьезе.
Женя улыбнулась.
— Ты всегда такой честный?
Я мотнул головой.
— Если честно, то до сегодняшнего дня я был еще тем пиздаболом.
— Это я тебя так изменила?
— Думаю, да. Кто же еще?
— Не думала, что могу так действовать на парней. — Женя приблизилась ко мне и уткнулась лицом в плечо. — Может, это судьба.
— Не думаю, — ответил я. — Просто ты неправильно с ними себя вела и, скорее, это они на тебя действовали, а не ты на них.
— С тобой я вела себя так же.
Я обнял ее.
— Я не они.
— Значит, это судьба.
Мы постояли так еще немного. Затем Женя поднялась на мыски и чмокнула меня в губы.
— Ну что, до завтра?
Я схватил ее за шею и осыпал лицо поцелуями.
— До сегодня.
Женя зашла в подъезд и поднялась на второй этаж. Там она помахала мне через окно. Я помахал ей в ответ. Когда послышался звук захлопнувшейся двери, я сел на скамейку и достал из кармана сигареты. Прикурился. Ментол осел на языке. А, черт! Я вскочил и, бросив сигарету вместе с пачкой в урну, побежал домой.