Моя Оля

Познакомился я с Ольгой в детском бутике, кода зашел туда за подарком сынишке двоюродного брата. За прилавком стояла молодая спокойная девушка с сероголубыми глазами, русыми, немного вьющимися волосами и улыбкой Джоконды.

— Что Вы хотели, — спросила она чудным, ангельским голосом и я понял, что пропал. Что называется, с первого взгляда. Мы стали встречаться. Я провожал её после работы домой. На третий день при расставании я чмокнул её в щечку. Недели через две я узнал вкус её губ. После этого целовались с ней при каждом удобном случае. И мне и ей это доставляло удовольствие. Мы много гуляли. Мне было интересно с ней. Оказывается,

Оля училась заочно, я стал ей помогать. Приходили ко мне и занимались. И целовались до беспамятства. Оля позволяла тискать свои сисечки, расстегивать пуговицы блузки и залезать туда и под лифчик. Можно было гладить ножки и попку. Но как только я пытался погладить письку через трусики или залезть в них, она как — то, не то что бы напрягалась, но переставала быть расслабленной и возбужденной. Т. Е. начинала контролировать ситуацию. Что-то тут не то. Я про себя это отметил и решил не форсировать события. Как то мы ковырялись с си шарпом. Изучали циклы. Были, как всегда в таких случаях у меня. Ну и как всегда наши теоретические занятия программированием сменились практикой поцелуев в засос. Когда уже немного разгорячившись, я полез рукой под кофточку, Оля вдруг внепно остановилась, немного отстранившись спросила тщательно подбирая слова:

— Леш, скажи, а я тебе нравлюсь… ну… как девушка, — тут последовала долгая пауза, она не знала как сказать дальше. Я ответил:

— Конечно! Иначе бы я с тобой не ходил.

Тут опять у Оли заминка:

— … а почему тогда… ты… не… — она не знала, как продолжить. Я догадался о чем она хочет сказать и продолжил за неё:

— Почему я не тащу тебя в постель?

— Да, — Оля облегченно вздохнула.

— Мне кажется тебя что то напрягает, это чувствуется, и я не хочу тебя ранить.

— Это заметно? И сильно? А как это проявляется?

— Ты напрягаешься, когда я твою писю глажу.

— Но ведь ты хочешь меня?

— Конечно!

— А как же ты разряжаешься? Ходишь к кому то еще?

— Когда? Я же все время с тобой.

— А как же ты? — не унималась Оля.

— Ну есть у способ.

— Бедненький, — с сочувствием сказала Оля. Она догадалась, как парень может сбросить давление, и добавила, глядя мне в глаза:

— Хочешь, я твоей сегодня стану?

Спрашивает, тоже. Кто ж этого не хочет. Тем более с такой красавицей.

— А ты сама то хочешь?

— я хочу, но…

— Но что то было, о чем не хочется вспоминать?

— Ну как тебе сказать… Давай после, а? А то я расхочу.

И прильнула ко мне с долгим поцелуем. Я понял, что сегодня это произойдет. Мои руки проделали ставший уже привычным маршрут от девичьей талии на её сисечки, далее в вырез футболки и под лифчик. И все это время мы беспрестанно целовались и катались по дивану. Это было божественно! Потом я таки стянул с неё футболку, а с себя рубашку. Оля осталась в лифчике и джинсах.

— Ты бесподобна! — сказал я, расстегивая лифчик. Её грудки, освободившись от плена бюстгальтера были великолепны в своей ослепительной красоте и нежности. Я сразу прильнул к ним, целуя и лаская руками. Потом я повалил её на диван и начал стягивать с девушки джинсы. Трусики я намеренно оставил на месте. Хотелось посмотреть на неё в трусиках. Снимая джинсы, я много времени уделил девичьим ногам. Таким нежным, стройным, красивым и как мне показалось, нетронутым. После того, как с джинсами было покончено, я взял девушку на руки и отнес в спальню.

Откинув покрывало с одеялом я положил Олю на постель и стянув свои джинсы вместе с трусами лег рядом. Мы тут же сплелись телами и губами. Мне теперь было доступно все тело любимой. Я целовал и гладил руками всё. И сисечки, и животик, и ноги, и попку. Через какое то долгое время я наконец то прильнул к самому сокровенному, к её лону. Я долго орудовал языком в её пещерке. Таз девушки ходил ходуном. Она стонала. Сначала тихо, а потом громко. Особенно, когда я припадал языком к клитору. Потом мои губы и язык отправились в дальнее путешествие через лобок по животику к грудкам и нежной шейке моей ненаглядной. Впившись губами в её приоткрытый ротик я нащупал пальцем скользкий вход в пещерку и направил туда член. Оля сразу уперлась руками мне в живот, ограничивая глубину проникновения. Но я и не спешил. Главное, что я был в ней. На ней и в ней. Машинально я посмотрел на часы, которые стояли на тумбочке в сорока см от меня. Десять ноль три. Я не спеша двигался в Олиной письке проникая насколько она сама этого хотела. Было нереально хорошо. Члену сладко и щекотно. У меня сносило крышу от осознания того, что я занимаюсь сексом с этим небесным созданием. Что я лежу на ней, чувствую её нежное тело. Глажу животик, сисечки, плечи, целую шейку, полураскрытые губки, членом двигаюсь в её пещерке. Пусть пока и не глубоко. Она моя. Моя принцесса, богиня, королева. Через некоторое время, перестав совершать движения членом, я спросил:

— Тебе больно?

— Нет, что ты. Так хорошо. А почему ты спросил?

— Твои руки…

— Сильно мешают? — и она убрала их, прижав ладони к моей спине

— Давай! Давай! Не останавливайся.

— Я боюсь быстро кончить.

— Кончай! Лешечка, миленкий! Кончай! Только не останавливайся. Давай! Давай!

Получив карт-бланш, я стал долбить её с полным напором, совершая мощные толчки на всю длину. Вдруг, девушка подо мной сжалась в мощную пружину, и с негромким подвыванием начала кончать. Я тоже перестал сдерживаться и излил в ольгину пещерку все, что накопил за последние два месяца. Я скатился с Ольги и лег рядом. На часах десять сорок семь. Это я её сорок пять минут долбил. Ну и ну. Прям шварцнегер половой.

Проснулся я полчервертого. Светало. Я лежал у стены, Оля скраю. Оба голые. Одеяло скомкано в ногах. Мы оба лежим на спине. Моя правая рука на левой Ольгиной груди. Член в боевой готовности. Я немного поласкал Олины сиськи и перелез через её ногу. Оля еще полусонная, но быстро просыпающаяся раскинула свои красивые худенькие ножки в стороны, взяла моего дружка рукой и направила в себя. Но пещерка была полусухой и поначалу, когда я входил, ей было больно. Но потом, на обратном ходе член добыл в глубине влагалища смазку и всё пошло уже без неприятных ощущений. На этот раз я продержался пятнадцать минут. Оля не кончила, но сказала, что ей хорошо было. Накрывшись одеялом, мы проспали до полвосьмого.

Великое дело суббота, не надо на работу идти. Я встал, умылся, почистил зубы, побрился и свеженький к Ольге под одеяло. Она проснулась тоже и после утренних процедур вернулась в кровать. Немного замерзшая прижалась под одеялом ко мне.

— Так что там у тебя раньше было, расскажешь? — спросил я.

В дух словах это выглядело так. Её первый парень, которого она сильно любила, как то по пьяни (оля не пьет) на ДР у друга завел её в пустую спальню родителей этого друга, они там целовались и он её трахнул. Т. е. раздел, вошел, порвал и быстро кончил. Буквально через десяток другой качков. Быстро оделся, вышел к приятелям, таким же пьяным как и он сам и похвалился:

— Бля мужики целяк сорвал!

— Та ни пизди, — ему не поверили.

— Бля буду.

— А как у тебя было в первый раз? — попросила меня рассказать Ольга.

— Все что ли? — разочарованно спросила девушка когда я кончил и вышел.

А вот со следующей было долго и красиво. Мы вообще с ней ходили два года. Потом она уехала в другой город и все.

По мере рассказов Ольгиного и моего у меня снова встал, я снова лег сверху, Ольга помогла найти вход в пещерку и мы снова понеслись навстречу блаженству. Я наслаждался всем. И самим процессом секса, и тем что лежу на прекрасной девушке, имею её, вижу её прекрасное лицо. Вообще, у девушки самое красивое лицо, когда она под тобой в постели, ты её имеешь, и ей хорошо. Глаза прикрыты, рот приоткрыт. Пухлые губки чувственно призывают их накрыть поцелуем, дыхание прерывисто, на щечках румянец. Такой бывает девушка (женщина) только во время секса, секса с любимым.

Потом я отвез девушку домой, а вечером мы пошли в филармонию на вечер фортепианной музыки. Ольга одела красивое вечернее платье. После концерта мы снова ко мне и в постельку.