Мой милый папочка
Приближалась весна, но погода до сих пор давила на череп, заставляя его разрушаться. Зиме понравилось издеваться, она решила немного задержаться.
Мой отец много пил и не улыбался: не хотел показывать свои жёлтые кривые зубы. Если мы оставались с ним наедине, то мир казался ещё больше бесцветным. В тот день у него был выходной, а меня мать оставила дома из-за плохого самочувствия. Как не странно, погода сегодня была хорошая, а солнце наконец решило порадовать нас своими лучами. Он предложил немного прогулять и подышать воздухом. Мы зашли в ларёк купить пива и присели на лавочке возле сцены. Это была не первая его банка пива
сегодня. На мне была чёрная короткая юбка, тёплые колготки и свитер. Мне очень нравилась эта юбочка. Спустя некоторое время, показавшееся мне вечностью: у нас с отцом не было ничего общего, он попросил станцевать ему. Он говорил, я хорошо танцую. Я кружилась, бегала, воплощала все задумки, которые только могла. Настроение было хорошее. Хотелось раствориться в потоке света и свежего воздуха. Его рот скривился в улыбку. Ему понравилось. После такой разрядки, я рухнула рядом с ним совершенно без сил. Он положил свою руку мне на ляжку, погладил и предложил вернуться домой.Когда мы вернулись домой, то квартира показалась мне ограбленной, чего-то определённо не хватало. Я тщательно всматривалась в обстановку, пытаясь понять чего именно. Отец, пользуясь случаем, резким движением взял меня на руки и отнёс в кровать. Я была растеряна и испугана. Так и должно быть? Папа аккуратно уложил меня в постель и снял колготки. Я не сопротивлялась. Он уткнулся носом между моих трусиков, принюхивался, а потом немного сдвинул и нежно дотронулся языком до этой странной части тела. Движения его языка перестали быть мягкими и становились более грубыми, уверенными. Я возбудилась. Он это понял и начал снимать штаны.
Всё происходило в полной тишине, которую нарушал разве что работающий вентилятор аквариума. Взято с Все прекрасно понимали к чему всё идёт, но никто не возражал.
Отец освободился и от другой одежды. Могу сказать, что он всегда держал себя в неплохой форме, несмотря на возраст, который приближал его к цифре 40, он выглядел замечательно. Я тогда последовала его примеру и сняла свитер и юбку: бюстгальтер под свитера принципиально не надеваю.
Увидев меня обнажённой, папочка сначала вглядывался, возможно, отыскивал общие черты, потом прикусил губу и медленно приблизился к моей груди. Он стал посасывать сначала один сосок, потом другой. Они затвердели. Отец поднял голову и поцеловал меня. Теперь я поняла, что значит настоящий поцелуй. Я расслабилась и отдалась без остатка.
Что же это? Он оставил трусы? Дурачок, неужели ты сам хочешь, чтобы я их сняла? Я просунулась свою тонкую ручку и дотронулась до уже твёрдого, налившегося члена. Он был невероятно горячим и требовал чего-то охлаждающего. После прикосновений пальчиками отца к моей киске, она стала совсем влажной. Она была готова принять всё. Думаю, если и отдавать свой первый раз, то только ему. Ведь папа желает мне только лучшего и никогда не сделает больно.
Став на коленки, я сняла с него трусы. Первым делом он дал попробовать мне его на вкус, надел презерватив, устроил нас поудобнее и, глядя мне в глаза, нежно вставил. Мне было не больно. Нет. Не так. Было больно, но эта боль была незначительной в сравнении с удовольствием, который доставлял этот процесс. Он нежно входил меня, продолжая целовать и трогать грудь. Я начала сладко постанывать. Папочка, осторожно, не так сильно! Я начала всхлипывать. Его это возбуждало ещё больше. Он продолжал делать толчки своим пульсирующим агрегатом, пока не кончил.
После отец остался со мной в постели, обнимая и целуя. Потом он ушёл в душ. Я осталась в постели, а на ней остались маленькие пятна крови.
А я лишь хотела ещё и ещё. Папочка, скажи, что ты продолжишь делать своей девочке приятно?