Молочные страсти (14 часть)
Загудел доильный аппарат.
-Сейчас станет легко и приятно,-
Вера Ивановна сама пришлёпнула на груди новой пациентке молокоотсосы:
-Очень многие женщины при кормлении испытывают сильные и весьма приятные ощущения определённого рода. Вплоть до оргазма. А при механическом отсасывании молока эти ощущения усиливаются многократно. Поэтому, не надо так стесняться.
Мы начали раздаивать очередную будущую корову. Большого труда стоило её уговорить раздеться и поднять руки под кольцом. Но Вере Ивановне, как всегда, это удалось. Очень скоро процедуры для неё превратятся в дойки и, в конце концов, она отправится на
ферму полноценной мумушкой.-Раздвигаем ножки,-
Ольга гладила ей лобок, иногда касаясь пальчиком половых губок.
-Не надо! Ну, я прошу…-
заупрямилась та.
-Леночка, надо увеличить вакуум,-
попросила Вера Ивановна. Я усилила работу доильного аппарата. Молоко по трубкам побежало интенсивнее. Будущая мумушка шумно задышала. Щёки её порозовели.
-Да!-
тихо прошептала она. Прикрыла глаза и медленно раздвинула ноги.
-Пусть, Лена,-
дала мне Вера Ивановна резиновые перчатки. Я надела их и подошла к пациентке, сменив Ольгу.
Стоило мне прикоснуться к ней, как она мелко задрожала всем телом. Я ввела сначала один пальчик, потом второй, потом четыре, большим пальцем нащупывая клитор.
-Сейчас мы тебе и попку поласкаем. У меня на анальных целок рука лёгкая,-
подошла к ней сзади Ольга. Через минуту пациентка с безумными глазами дёргалась, извиваясь всем телом. Её даже не трясло, а колотило в приступе оргазма.
-Умница! И чего упрямилась?-
сняла перчатки Ольга. Я тоже сняла перчатки и выключила доильный аппарат.
-Ой! Ой! Ой!-
задёргала она плечами, пытаясь вырвать у нас свои груди.
-С первого раза из пациентки в роскошную мумушку превратилась!-
потрепала по щеке её Ольга.
-В какую ещё мумушку?-
захлопала та глазами.
-Теперь тебя каждый день доить будут,-
мне почему-то тоже не было её жалко.
-Не хочу! Я больше не приду к вам,-
вдруг, заплакала она. По щекам потекли слёзы.
-Прибежишь. Завтра молоко на мозги надавит, и прибежишь. Ещё и упрашивать нас подоить себя будешь. А мы тебя и мычать научим,-
Ольга стала развязывать ей руки.
-Ну-ка, прекратите обе!-
прикрикнула на нас Вера Ивановна:
-Отведите Ниночку в гигиеническую комнату, потом на кресло. Я её посмотрю.
В душе новоиспечённая корова не упрямилась. Дала себя и помыть, и подмыть. Когда она была уже на кресле, пришла Аня. Вот, тут, наверное, для неё началось самое ужасное. Пока её смотрела Вера Ивановна, она не сводила широко раскрытых от ужаса глаз с Ани, которую мы с Ольгой доили на станке…
-Леночка, ты помнишь наш разговор на прошлой неделе?-
обратилась ко мне Вера Ивановна, когда новая мумушка уже выскочила в коридор.
-Какой разговор?-
спросила я.
-О том, что качество материнского молока влияет на физическое развитие и интеллект ребёнка.
-Помню,-
присела я перед её столом.
-Вот и поживёте с Аней в одной интересной семье. Хозяин – человек очень обеспеченный, но возраста уже преклонного. И надо же, молодая жена родила ему двойню. Естественно, как и подавляющее большинство жён олигархов, эта сушёная модель кормить грудью своих отпрысков не пожелала. А тут, как раз, наша реклама о твоём, Лена, и твоём, Аня, молоке.
-Вера Ивановна,-
вытирая волосы, вышла из душа Аня:
-Молока у нас всё равно будет оставаться много. Мы же коровы, а не какие-то там кормящие дуры. Мы раздоены и сцеживаться после каждого кормления будет очень долго и тяжело. Надо взять с собой станок и доильный аппарат.
-Разумно,-
кивнула головой Вера Ивановна:
-А вечером за лишним молоком будет приезжать мой водитель. Я распоряжусь.
Теперь, главное,-
лицо Веры Ивановны стало серьёзным:
-Мумушки, вы высоко оплачиваемые работники. Очень высоко оплачиваемые. Круг ваших обязанностей оговорён строгим контрактом. Не позволяйте относиться к себе, как к прислуге, которой в доме предостаточно. Просто, я хорошо знаю эту сушёную воблу, чьих детей вам придётся кормить. Люсьен Васильевна! Это же из какой дыры надо вылезти, чтобы придумать себе такое имя? Если что, сразу звоните мне.
Вера Ивановна поднялась из-за стола:
-Лена, Оля, идите. А ты, Аня, задержись. Я тебя посмотрю.
-Вера Ивановна, а как же пятница? Банный день?-
спросила я.
-Ничего. Оленька одна справится,-
улыбнулась она.
-Садись, я тебя до дома довезу,-
сказала мне Ольга, когда мы вышли на улицу. Мы сели в машину.
-А, что ты с Верой Ивановной в эту пятницу делать будешь?-
мне, правда, было интересно.
-Опять в подвал отведу. Только на этот раз переверну,-
мы поехали.
-Как это?
-Она на поясницу пожаловалась, так Семён Маркович приказал её на живот положить. Задницу наружу выставит. На полу сама стоять будет, а ноги за лодыжки к стене привяжем. В общем, раком. Мы с Семёном Марковичем уже на Аньке проверили.
-Когда успели?
-Вчера, после вечерней дойки, когда ты домой ушла.
-А, что Аня?
-Не знаю, что с той стороны творилось, только визжала и дёргалась, как резаный поросёнок.
-А, сколько на этот раз там этих в презервативах будет?
-Кто же знает? Хотя, что ей? Она тётка выносливая. Я как-то попросила Яну, чтобы она меня по дорожке погоняла, так на второй минуте взмолилась. А она двадцать минут бежит и ничего ей. Странная какая-то. А может и ненормальная. Образованная. Врач хороший. Красивая. В свои сорок выглядит на все сто. А надень на неё ошейник, становится покорной и согласной абсолютно на всё.
-Слушай, Оль, а мне можно на дорожке попробовать?-
неожиданно для самой себя попросила я.
-Таким, как вы с Анькой нельзя. Вы же дойные. Да ещё с таким молоком! Вас беречь нужно. Приехали,-
остановила она машину около моего дома.
Продолжение следует