Mass Effect. Врач Альянса
Действующие лица: Джон Шепард, Карин Чаквас.
Место действия: «Нормандия».
— Как он, доктор?
— Физически он в полном порядке, не считая нескольких ссадин и ушибов, вполне объяснимых, если учитывать, что им с Кайденом пришлось пережить на поверхности планеты. Однако…
— Да?
— Я не могу делать выводы, не подкрепив их медицинскими данными, капитан Андерсон. Дайте мне еще несколько минут. Пока что единственное, что я могу сказать — у Шепарда была замечена несколько повышенная активность части головного мозга, отвечающей за сновидения.
— Это серьезно?
— Пока не знаю. Дождусь результатов
анализов и сразу вас оповещу.— Спасибо, Карин. До связи.
Пока же доктор отложила планшет с физическими данными капитана, которые и так знала наизусть, и встала с кресла, позволив себе потянуться. Последние пять часов она провела на этом самом стуле, составляя медицинские рапорты и сверяя данные анализов, и сейчас, поднявшись на ноги и грациозно выгнув спину, испытала невероятное удовольствие. Бросив взгляд на зеркало, висевшее над крошечным умывальником в углу медицинского отсека, доктор Чаквас бегло оглядела себя. На нее смотрела немолодая уже женщина с короткими, покрытыми серебром седины темными волосами, но все еще красивым телом. Длинные ноги, — ее гордость, — очерченная талия, стройный живот. Наверное, женщину нельзя было назвать первой красавицей Альянса, но ее шарм и женское очарование, в совокупности с неплохими внешними данными, вызывали интерес многих мужчин, с которыми она работала. Причем, не только ее ровесников. Не проходило и дня, чтобы она не ловила на себе взгляд хотя бы одного молодого служащего. Доктор не хотела себе в этом признаваться, но подобное внимание было ей приятно. Во всяком случае, пока это внимание именно вниманием ограничивалось — на любовные романы и утехи времени у нее было. А если бы было — скорее всего ей никогда не удалось бы получить место главного врача «Нормандии», на должность которого необходим был человек, целиком и полностью посвятивший себя медицине.
И все же… Более пяти лет доктор не ощущала прикосновения мужчины. В последнее время справиться с появляющимся Желанием становилось все труднее — погружение в работу с головой уже не могло отвлечь женщину, как раньше, и последние несколько недель Карин приходилось прибегать к помощи вибратора, заказанного в интернет-магазине, базирующегося на самой Тессии. Может это была особенность их расы, но азари действительно были весьма сведущи в том, что касалось наслаждения, и устройство с романтичным названием «Объятия вечности» обычно снимало тот жар, что полыхал внизу живота Карин. До этого времени. Вчера она испытала сразу три оргазма подряд с этим устройством, но вместе с конвульсиями своего бьющегося в блаженных судорогах тела она также уяснила простую истину — ей нужен настоящий мужской член.
«Что ты делаешь, Карин?» — спросила саму себя доктор Чаквас. Однако ее руки уже стягивали с капитана последний оставшийся элемент одежды. От обнаруженного под ним главврач «Нормандии» не сдержалась от восклицания:
— Ого!
Член Шепарда еще лежал, но даже не в эрегированном состоянии он был не маленького размера — сантиметров пятнадцать в длину, не меньше. Что же будет, когда он встанет?! Это ведь… Это огромная дубина, иначе не скажешь! Доктор Чаквас даже улыбнулась своим мыслям — они были наполнены той юностью, что прошли в медицинском Университете Мумбаи, когда сексуальные увлечения были женщине еще доступны, и по вечерам юная Карин с подругами рассказывали друг другу о том, у кого из их парней член был больше.
Сейчас же в ее руках — и когда она успела обхватить его ладонью? — находился большущий, просто огромный член. Именно член — потому что пенисом назвать такое было просто невозможно. И что самое главное — этот огромный орган, с розоватой головкой, диаметром не меньше пяти сантиметров, начал реагировать на прикосновения женщины. Сначала он лишь слабо дернулся, будто привыкая к ощущениям и пытаясь понять, приятны они или нет. Но стоило Карин провести пару раз рукой вдоль него, член принялся твердеть и подниматься с невероятной скоростью. Несколько секунд — и перед женщиной высился огромный мужской детородный орган, рельефный, с ярко выраженными венами и крупной розовато-фиолетовой головкой, еще больше увеличившейся. Сам же член достигал… Сантиметров двадцать пять? Двадцать восемь? Карин не брала на себя ответственность судить о его размерах так точно. Он был огромен, и он был в ее руках — вот что было главное.
В горле пересохло, ощущение, что этот огромный член находится в ее власти, было удовольствием ни с чем ни сравнимым. Слабо контролируя себя, женщина обхватила это сокровище двумя руками и несколько раз провела ими вдоль ствола вверх-вниз, наслаждаясь тем, как это орудие секса реагирует на нее. На самом кончике члена появилась капелька смазки, которую доктор тут же аккуратно подхватила пальцем, с интересом рассматривая. Она уже забыла, какого это. Краткий миг — палец погружается в рот, вкус капитана приятен и возбуждает доктора еще сильнее. Она уже чувствует, что ее изголодавшаяся по мужскому члену киска течет, а ноги подкашиваются. Нет, она не может ждать.
Наплевав на все уставы и правила, доктор опустилась так, чтобы ее лицо было на одном уровне с членом Шепарда. Высунув язык, Карин осторожно прошлась по всей длине орудия капитана, слизнув новую порцию смазки, а затем, поняв, что сдерживаться больше нет никаких сил, обхватила головку губами. Это было давно забытое чувство, просто сводящееся с ума. Ее руки медленно и осторожно массировали яйца Шепарда, а язык облизывал кончик члена как самый желанный и самый сладкий во всей галактике леденец. Постепенно она погружала член себе в рот все глубже, но даже когда его конец ткнулся ей в горло, Карин поняла, что не смогла проглотить и половину достоинства капитана. Она отстранилась на краткий миг, а затем снова резко насадилась горлом на член. Затем еще… И еще… Медицинский отсек наполнился гортанными звуками, смешанными со стонами наслаждения, издаваемых Чаквас. Слюны стало слишком много, она стекала по члену Шепарда вниз, на яйца, которые были полностью во власти рук доктора. Она собирала слюну руками, снова отправляя ее в рот, чувствуя, как та капает с подбородка, как сбивается ее дыхание, и ощущая себя полностью во власти достоинства Шепарда. А она то наивно полагала, что это он находится в ее власти! Дура. Она не может жить без члена, что явно доказывает ее истекающее влагалище. Весь низ ее медицинской формы, наверное, уже намок…
Она не успела убрать его изо рта, когда первая струя горячей спермы вылетела из налившейся кровью головки, едва не разорвавшей ей горло, прямо в рот. Затем еще и еще… Кажется, тягучей белой жидкости не было конца — она запомнила весь рот Карин, после чего еще несколько секунд орошалась ей на лицо, стекая по подбородку и кончикам седых волос. Ее было так много, что женщине пришлось руками собирать ее со своего лба, бровей и ресниц, дабы иметь возможность открыть глаза. То, что было во рту, женщина покорно проглотила. Она была вся мокрая — как от своих выделений, так и от выделений капитана. Член капитана же стал медленно падать, и пока Чаквас аккуратно двигалась к умывальнику, вернулся в свое первоначальной неэрегированное состояние.
Умывшись, женщина подняла глаза на зеркало, и посмотрела на то, что в нем отражалось. От главврача медицинского отсека фрегата Альянса ничего ее осталось — на Карин смотрела изголодавшаяся по члену блядь, готовая на все ради члена. Она обернулась на капитана Шепарда, который так и не проснулся, и томно улыбнулась. На сегодня достаточно, но это точно… Точно еще не конец.