Мама и дочка-неожиданный вечер
Все началось с того злополучного дня, когда мы с соседкой застряли в лифте. Жара, теснота, и вдруг ее глаза загорелись таким похотливым блеском. «Давай не тратить время зря», — прошептала она, расстегивая мою ширинку. Я не успел опомниться, как она повернулась задом, задрала юбку и сама направила мой член в свою тугую попку. Анальный секс в лифте был диким, грубым — она стонала, толкалась назад, требуя глубже, жестче. Когда лифт наконец дернулся и поехал, мы оба были мокрыми от пота и ее соков. С тех пор это стало нашей тайной. Я частенько заходил к ней, и мы трахались по-разному: сначала она сосала мой хуй, заглатывая по
самые яйца, ее губы скользили, язык кружил вокруг головки, пока я не кончал ей в ротик, и она глотала все до капли. Потом я входил в ее пизду — влажную, горячую, она обхватывала меня стенками, извиваясь подо мной, крича от оргазма. Но попку ее я любил особенно: она становилась такой податливой, анус пульсировал, принимая меня целиком. Трахать ее было удовольствием — как мужчина, я наслаждался каждой дырочкой, каждой позой.Прошло немного времени, и вот к мне в дверь постучала ее дочка. Эта девчонка, лет двадцати, с упругой фигуркой и дерзким взглядом, ворвалась в квартиру и, не говоря ни слова, толкнула меня на кровать. «Я знаю про маму, — хихикнула она, сбрасывая пальто. Под ним был латексный костюм: облегающий, блестящий, с вырезами на сиськах и промежности. — Но мне нравится пожестче». Она оседлала меня, впиваясь ногтями в плечи, и сама напялила мой член на свою киску. Секс был яростным — она требовала шлепков по заднице, тянула меня за волосы, пока я долбил ее в пизду, а потом перевернулась и подставила попку. Латекс скрипел, ее анус был узким, но жадным; я трахал ее грубо, и она кончала, визжа и царапая простыни. С тех пор мы встречались тайком, и я понял: ей по душе БДСМ-игры, боль смешанная с удовольствием.
Но тот вечер… Я чуть не сошел с ума. Раздался звонок, я открыл дверь — и обомлел. На пороге стояли не просто мама и дочка, а две ярко накрашенные шлюхи: губы алые, как кровь, глаза в черной подводке, короткие кожаные платьица едва прикрывали бедра, чулки в сетку обхватывали стройные ноги, а на ногах — высокие ботфорты на шпильках. «Готов к сюрпризу, милый?» — промурлыкала соседка, а дочка уже вцепилась в мою рубашку, целуя шею. Я не успел ничего сказать — они затащили меня в спальню, раздевая на ходу. Платья слетели, обнажив голые тела: мамины зрелые сиськи с твердыми сосками, дочкины упругие ягодицы. Они толкнули меня на кровать, и начался хаос похоти.
Сначала мама оседлала мой рот, ее пизда капала на лицо, пока я лизал клитор, а дочка заглотила хуй, сосущая вакуумом, ее язык ласкал яйца. Потом они поменялись: я вошел в мамину попку, она стонала, толкаясь назад, а дочка тем временем лизала ее сиськи, пальцами теребя клитор. «Трахай меня в жопу сильнее!» — кричала мама, и я долбил, чувствуя, как ее анус сжимается. Дочка не отставала — подставила свою киску, и я перешел к ней, входя глубоко, пока мама сидела на ее лице, заставляя дочь лизать себя. Они ласкали друг друга: мама щипала дочкины соски, дочка запустила пальцы в мамину пизду, и это зрелище сводило меня с ума — видеть, как они целуются, слюни текут, тела трутся. Я кончил в рот дочке, но они не дали передышки: мама легла раком, дочка под ней, и я чередовал — в попку маме, в пизду дочке, их стоны сливались в оркестр. Они кончали вместе, брызгая соками, а я заливал их спермой — на лица, в рты, на сиськи. Никогда не было такого — тройной экстаз, где мама и дочка становились одними похотливыми шлюхами, разрывая меня на части удовольствием!