Малыш, это лишь одна ночь

Я шел по заснеженным улицам Киева, очень усталый, после долгой репетиции перед завтрашним выступлением. Я был голоден, но не в плане пищи, а в плане секса. Мне хотелось расслабиться, оттянуться, но Женя сказал, что если я выпью хоть каплю алкоголя, он меня повесит. Поэтому оставался лишь секс, тупой безэмоциональный секс, а каким еще он может быть с девушкой, которую видишь в первый и последний раз? Я ни с кем не встречаюсь больше одного раза, мне надоедает, становится скучно. Пошел снег, я посильнее закутался в тонкую куртку. «Нужно бы купить что-нибудь более теплое, зима все же», — отстраненно подумал я тогда.

Захотелось

курить. Я достал еще нераскрытую пачку.

Звук, будто рвется целлофан, картонка, фольга. Пьянящий запах табака. Как же он прекрасен. Вот она, моя «палочка счастья» в руках. Между двумя пальцами. Зажигалка. Огонь. Вдох. Первая тяга. Потихоньку раскуриваешь сигарету до того момента, пока огонь не подожжет весь табак. Затягиваешься. Дым проходит по трахее, плавно направляясь к бронхам, словно наперегонки, кто быстрее. Приятно щекочет стенки дыхательных путей, словно кто-то чешет укус комара. Наслаждение. Добравшись до пункта назначения — легких, — дым наперегонки стремится выйти наружу, освободить их, что бы новая порция сладко, столь приятного яда прошелся своими щупальцами по внутреннему миру. Курить — это искусство. Искусство красоты. Когда куришь — думаешь. Думаешь о многом, и, чаще всего, бывает легко. Такое ощущение, что дым забрал весь негатив из твоего организма. О, этот чудесный момент последней тяги. В последний раз насладиться сладостью и в тот же момент горечью сигареты. Бычок падает на землю. Выдыхается последняя порция дыма. Приятный привкус на языке. Спасибо, милая, ты выполнила свою миссию. (с)

— Дай сигаретку, — услышал я голос.

Я обернулся. Рядом со мной стояла девчонка в одной толстовке, холодный ветер растрепал ее волосы и окрасил щеки и нос в красный свет.

— Маленькая еще курить.

— Мне 18.

Я без интереса снова смотрю на нее. Даю сигарету.

— Спасибо, — тихий ответ.

— Не за что, — качаю головой я, — Тебе не холодно?

— Холодно.

— Тогда почему в одной толстовке? — не понимаю, зачем продолжать этот бессмысленный разговор, надо бы уже идти домой.

— Какая разница? — огрызается она.

Я усмехаюсь, все ясно — малышка явно расстроена чем-то.

— Ну и почему он тебя бросил?

— С чего решил, что меня бросили? — поднимает она взгляд на меня.

А у нее красивые глаза, и она такая милая из-за этой своей миниатюрности. Люблю маленьких — их можно носить на руках и не бояться заработать грыжу.

— Так почему же?

— Я ему не дала.

Кхм, а вот это уже интересно.

— Вы встречались?

— Какая тебе разница, черт возьми… Ты, кажется, уже докурил сигарету, так иди, куда шел, оставь меня в покое.

Из ее глаз текут слезы, она начинает протирать глаза и еще сильнее размазывает уже потекшую тушь. Ненавижу, когда девушки плачут, мне трудно рядом с ними находиться.

— Не реви, — безразлично кидаю я.

— Иди нахуй.

— А сама не хочешь? — я с интересом поднимаю ее подборок и смотрю ей в глаза. В них проносится страх, отвращение, и… О да… В них желание. Желание назло всем сделать то, что хочется, назло тому парню, назло себе. Я вспоминаю о своем голоде и хитро улыбаюсь ей.

— Как тебя зовут?

— Даша.

— Я Тоша. Пошли, хватит мерзнуть, — я хватаю ее за руку и тащу за собой.

— Куда? — она сопротивляется.

— Никуда я с тобой не пойду, ты маньяк какой-то! — она пытается вырваться.

— Ага, сексуальный, — я крепко держу ее за руку и веду в сторону видневшейся в дали многоэтажки.

Даша перестает сопротивляться, но и желание идти не проявляет. Мне приходится чуть ли не тащить ее на себе. Еще раз повторяю, как же я люблю невысоких девушек — их так приятно носить и чувствовать себя принцем. Даша молчит все то время, пока мы идем и едем в лифте, и даже, когда я открываю квартиру.

— Кухня там, — киваю я в сторону первой открытой двери.

Она медленно стягивает кеды и проходит в предложенную комнату. Садится с ногами на диван и молча утыкается взглядом в стену. Я ставлю греть чайник и достаю кружки. Сам не знаю, зачем я решаю напоить ее чаем. Разливаю горячий чай по кружкам, одну из них протягивал ей.

— Мы что, действительно будем пить чай? — удивленно смотрит она на меня.

— А ты ожидала чего-то другого?

— Нет, — она отхлебывает чай и внимательно смотрит на меня. Мне нечего ей сказать. В молчании мы минут 10 пьем чай.

— Ты можешь уйти, если хочешь, — я киваю на дверь.

— У тебя можно сходить в душ, я хочу согреться? — не в тему спаривает она.

— Да, вон туда и налево. Полотенца чистые на стиральной машинке.

— У тебя нет чего-нибудь одеть?

— Футболку могу предложить, она вот здесь, в шкафу.

Она специально дразнит меня?

Полотенце скатывается вниз к ее ногам, и я могу лицезреть ее прекрасную попку. Какая же она красивая.

— Повернись.

Она поворачивается и смотрит на меня своими глубокими, как море, глазами. В них застыл выбор, она борется с желанием насолить всем и стыдом.

Я жадно осматриваю ее тело.

— Подойди.

Она смотрит на меня, не отрываясь, и медленно подходит к кровати.

— Ты хочешь этого? — спрашиваю я.

Она молча кивает.

— У тебя уже кто-нибудь был? — она отрицательно мотает головой.

— Залазь ко мне.

Она ныряет под одеяло, я нежно провожу рукой по ее волосам, беру в руку одну из прядок и вдыхаю аромат цветов.

— Я хочу тебя, — шепчу ей. И провожу языком у нее за ушком.

Она прикрывает глаза. Я провожу языком по ее шее и наконец целую в губы, прикусываю нижнюю, стараясь не причинить боль, а доставить наслаждение. Снова целую, более глубоко и страстно. Она отвечает на поцелуй, и вот уже она лежит сверху на мне и пытается взять надо мной контроль, а я перекатываюсь и оказываюсь сверху. Самовлюбленно улыбаюсь и тихо говорю: «Малыш, это только одна ночь, ничего больше».

Она кивает, но в ее глазах как будто что-то тухнет, неужели это была надежда на продолжение чего-то? Глупо с ее стороны, однако, она не отказывается, а значит, я могу продолжать. Я начинаю ласкать ее груди, играю с сосками, она начинает возбужденно стонать. Ох, как мне нравится, как ты стонешь, малыш. Как мне нравится ласкать твою девственную плоть, нетронутую ни одной мужской рукой и уж тем более, членом. Я, наигравшись с твоей грудью, медленно провожу рукой вдоль твоего тела и опускаюсь вниз. Ты начинаешь стонать все громче. Я, наконец найдя, что искал, ввожу в тебя два пальца, стараясь возбудить тебя еще сильнее, ты уже вся мокрая и просто горишь желанием. Я, ни секунды больше не сдерживаясь, вхожу в тебя, с твоих губ срывается крик, но я тут же закрываю тебе рот поцелуем.

Ритмичными движениями я вхожу и выхожу из тебя. () Какая же ты узкая и сладкая. У меня давно не было такой. Тебе настолько нравится, что моя спина уже горит от твоих ногтей, которыми ты беспощадно ее царапаешь. Я чувствую приближение оргазма и начинаю двигаться все быстрее, но нет, я хочу, чтобы ты кончила первой и ты сдаешься, с твоих губ срывается безумный крик и мое имя.

Я содрогаюсь от твоего: «Тоша-аа», и кончаю в тебя. Тут же облегченно сползаю, целую тебя в щеку и тихо шепчу:

«Спасибо, малыш».

Ты впервые за наше знакомство улыбаешься и доверчиво утыкаешься носом мне в плечо. Я укрываю тебя одеялом, и ты, уютно устроившись на мне, засыпаешь. Я еще несколько минут смотрю на тебя, моего малыша, из которого я только что сделал женщину, и удовлетворенно закрываю глаза. Утром я просыпаюсь уже один. Поворачиваюсь в сторону, где ты лежала — простыня еще хранит твое тепло. Ты ушла совсем недавно.

Ты молодец, малыш, ты все правильно поняла.