Каша с маслом
Однажды меня командировали в один провинциальный городок налаживать новое оборудование на местном заводе. Процесс это непростой и ответственный, поэтому о сроках командировки начальник сказал так:
— На месяц – точно. А там посмотрим.
В целях экономии поселили меня не в гостинице, а на съёмной квартире – маленькая однушка в трёхэтажной хрущёвке. По долгу службы я частенько останавливаюсь в подобных местах, но этот утопающий в зелени уютный дворик и нарочито размеренный ритм жизни старого дома мне особенно понравились.
Как правило, я не завожу знакомств в таких поездках. Ни сил, ни времени на это просто не
остаётся. Однако в тот раз вышло иначе.Как-то вечером, вернувшись после трудового дня, я присел на лавку возле подъезда и закурил. Не люблю дымить в помещении. Сижу, дышу воздухом, любуюсь цветами на клумбе и плетущимся виноградом, наслаждаюсь чириканьем воробьёв в кроне огромного вяза прямо над моей головой.
Вдруг где-то за спиной послышался цокот каблуков. Да такой резвый да звонкий, что я невольно обернулся. Интуиция меня не подвела, это была симпатичная девушка. На вид – студентка, но точно не первокурсница. Обычно я стараюсь слишком не пялиться, чтобы не смущать молодых особ. Но её пружинящая походка и красивое личико с едва заметным налётом добродушной улыбки не дали мне шанса отвести взгляд.
Каково же было моё удивление, когда она свернула в подъезд, в котором я жил. Поравнявшись со мной, она украдкой бросила в мою сторону короткий взгляд и поправила прядь волос на виске. Затем, не без труда совладав с тяжёлой дверью, вошла внутрь и бодро зацокала вверх по ступенькам.
Порой засмотришься так вот на красотку, а сам понимаешь, как же в душе она тебя за это ненавидит. Кажется, даже точно знаешь, куда именно она мысленно тебя сейчас посылает. А тут не было ничего подобного. Мне даже показалось, что ей польстил мой пристальный взгляд.
От этого у меня на душе стало почему-то тепло и легко. А в животе запорхали бабочки. Несколько дней я вспоминал ту мимолётную встречу. Надеялся, конечно, но не особо рассчитывал на какое-то продолжение.
Воскресным утром я стоял на кухне возле распахнутого настежь окна, пил кофе и размышлял о том, как провести этот свой редкий выходной. Неожиданно на фоне неуёмного щебета птиц раздался звук уже знакомых мне каблучков. Сквозь ветви деревьев я снова увидел её.
Она возвращалась с пакетами продуктов, но даже увесистая ноша не могла сделать её стройный силуэт и пружинящую походку менее изящными. Ох, как же я тогда пожалел, что не сижу опять на той лавке. А то бы подорвался, выхватил пакеты и помог поднять их по лестнице…
Так бы и тащила бедняжка эту тяжесть по ступенькам, не будь я озабоченным самцом! Действуя на рефлексах, я схватил ключи, сигареты с зажигалкой и бросился вниз по лестничным пролётам.
— Ну, надо же… – я тряхнул головой и раздосадовано взмахнул рукой.
— Ждёте письма?.. Здравствуйте.
— Ой, здравствуйте!.. – спохватился я, – Да вот… Третий день уже пусто…
— Не переживайте. Придёт обязательно. И тем приятнее будет его получить.
— Вы абсолютно правы. – сказал я уже совершенно спокойным тоном.
— Что ж, хорошего Вам дня!.. – ответила девушка и снова стала впрягаться в свою тяжёлую ношу.
— Постойте… Позвольте, я помогу?
К моему удовольствию, возражать она не стала. Лишь кокетливо улыбнулась в ответ. Пока мы неспешно поднимались на третий этаж, надо было о чём-то говорить, но мой овладел какой-то ступор.
— А Вы ведь командировочный, верно? – спросила она меня.
— Да. А как Вы догадались?
— В той квартире, где Вы живёте, вечно приезжих поселяют. Надолго к нам?
— Ну… как пойдёт. Запустим вот новую линию на вашем заводе – и домой.
— Ясно… Удачи Вам! И спасибо за помощь! – поблагодарила меня незнакомка, когда мы оказались возле её квартиры на третьем этаже.
Она открыла дверь ключом, снова коротко взглянула на меня и завела своими тонкими пальчиками прядь волос за красивое ушко.
— Да не за что! Обращайтесь!.. Всегда рад… Надеюсь, ещё увидимся… – бормотал я на автомате.
— Я тоже надеюсь. – тихо сказала она, загадочно улыбнулась и закрыла входную дверь.
У меня в животе снова порхали бабочки. Я спустился на свой второй этаж и вернулся на кухню. Допивая кофе, я с наслаждением вновь и вновь прокручивал в голове все детали нового приятного события.
Сначала я не придал значения её словам. Но вдумавшись, осознал одну занятную вещь: она поняла, что я здесь в командировке, по тому, что живу в «той» квартире. А это означало, что она видела меня раньше. И не просто видела, а по какой-то причине обратила на меня внимание. Причём, вероятно, даже раньше, чем я на неё!
Все эти мысли будоражили рассудок и не давали покоя. Моё мужское начало буквально вопило о том, что я должен действовать. Вот только пока не знал, как…
Она не звонила и не стучала в дверь, а открыла её своим ключом. Значит, дома одна. Во всяком случае, сейчас. Но неизвестно, постоянно ли её одиночество. Так… Что делать?!
Подняться и попросить взаймы по-соседски луковицу или щепотку соли? Типа, решил тут борщик сварганить, да вот незадача… Ну, даст она мне их, и что дальше? Чай пить к себе вряд ведь ли позовёт. Да и стрёмно как-то на её территории. И вообще, не похож я на того, кто варит по воскресеньям борщ. Нет, тут нужно нечто другое!
Я поставил стакан из-под кофе в раковину, открыл холодильник и молча уставился на свои нехитрые припасы. Упаковка сосисок, начатая пачка сливочного масла, бутылка кетчупа, кастрюля с макаронами и пакет молока. Так себе деликатесы. Закрыл холодильник, открыл дверцу буфета. Гречка, манка, рис, соль, сахар, пакет с сухарями…
Не зря же говорят, что путь к сердцу мужчины лежит через его желудок. А значит, и путевые указатели следует расставлять именно в этом направлении. Оставалось лишь определиться с деталями. Не прошло и пары минут, как в голове моей созрел вполне пригодный к реализации план действий.
Я снова поднялся и позвонил в двадцать восьмую квартиру. Дверь долго не открывали, но я терпеливо ждал. Посмотрел на часы – с того момента, как мы тут были в прошлый раз, прошло менее получаса. Неужели опять куда-то ушла? Ещё раз позвонил, теперь понастойчивей, и от нечего делать стал прислушиваться к странному звуку, доносящемуся изнутри.
— Ой, простите… Давно звоните? У меня фен работал, я и не слышала.
— Да нет, это Вы меня простите за вторжение. Дело в том, что у меня неожиданно образовался форсмажор, и я не знаю, к кому обратиться за помощью. – я старался говорить спокойно, даже немного растерянно.
— Форсмажор? Что-то случилось? – не отводя от меня взгляд, девушка склонила набок голову и продолжила вытирать свои шикарные локоны.
— Даже не знаю, с чего начать… – я мялся, будто бы подбирая слова.
— Да прямо с самого начала и начните. – улыбнулась моя собеседница.
— Понимаете, у меня разболелся желудок, и я…
— Вам таблетка нужна? Проходите, я сейчас поищу, у меня точно что-нибудь найдётся в аптечке.
— Нет-нет, таблетки мне не помогают. Я обычно в таких случаях кашей лечусь.
— Кашей?
— Ну, да. Манной. В детстве мама всегда варила. А теперь жена обычно варит. К своему стыду, сам так и не научился. А я же сейчас один в вашем городе…
Я никогда не скрываю от девушек своё семейное положение. Как ни странно, в большинстве случаев это их не отпугивает, а наоборот притягивает. Я так до конца и не разобрался в природе этого феномена.
— Вы же мне поможете?..
— Ой, спасибо Вам огромное! – рассыпался я в благодарностях, а потом для убедительности скорчил страдальческую гримасу и на всякий случай схватился рукой за живот.
— Дайте мне только мнут десять. Я волосы досушу и спущусь к вам.
— Конечно! Хоть двадцать! Спасибо ещё раз! – тараторил я, уже ступая вниз по ступеням.
— Кастрюля-то у Вас там хоть есть? – поинтересовалась моя спасительница.
— Да-да, всё есть: и кастрюля, и молоко, и крупа… Только рук, растущих откуда надо, не хватает. Сам начну варить – обязательно пригорит. А горелая каша – то ещё лекарство…
— Это уж точно! Ждите, скоро буду… – прозвучало гулким подъездным эхом в ответ.
Минут через пятнадцать она действительно ко мне пришла. На ней был всё тот же халат и домашние тапочки. Только что вымытые волосы были наскоро причёсаны и собраны сзади в хвостик.
Мы прошли на кухню и принялись кашеварить. Она налила примерно пол-литра молока в эмалированный ковшик и поставила на слабый огонь. Я тем временем приготовил манку, соль и сахар.
Девушка стояла рядом с плитой и терпеливо ждала, когда молоко начнёт закипать. Расположившись в полушаге, я делал вид, что внимательно слежу за процессом, на самом же деле любовался своей гостьей.
С нескрываемым удовольствием я наслаждался плавным контуром её тонкой шеи, изящной фигуркой, облачённой в короткий халат, и необыкновенно красивым точёным профилем. Уверен, она знала, что я смотрю именно на неё, а вовсе не на свою будущую кашу. И ей это нравилось.
Было в её внешности что-то необычайно притягательное, невероятно искреннее и тёплое. Становилось всё труднее бороться с желанием обнять и прижать её к себе. Мы оба молчали, и в этом молчании зарождалась какая-то магия. Я медленно переместился и встал у неё за спиной.
Мои пальцы легонько коснулись её локтя, затем плеча, потом шеи. Я приблизился вплотную и полной грудью вдыхал аромат её волос. Мои ласковые прикосновения сместились на подбородок и щёку. Она прикрыла глаза и глубоко дышала.
Я ощущал тепло её тела, прижавшись грудью к её спине. Мои губы вскоре коснулись кромки маленького красивого ушка. А нос уткнулся ей в затылок. Этот аромат сводил меня с ума. А она окончательно попала в плен моих прикосновений и была не в силах что-то возражать.
Моя левая ладонь снова коснулась хрупкого плеча, плавно прошлась по контуру талии и медленно переместилась на плоский животик. Затем правая рука прошлась тем же маршрутом и встретилась с левой где-то на уровне солнечного сплетения.
— Ой-ой-ой! – неожиданно воскликнула она и экстренно перенесла ковш с молоком с горящей конфорки на выключенную.
Мне пришлось временно выпустить гостью из объятий, чтобы она смогла добавить в молоко соль, сахар и манку. Не говоря ни слова, она сделала огонь ещё слабее и вернула на него ковш. Следующий этап приготовления каши подразумевал длительное непрерывное помешивание.
Не смея сковывать движений умелых женских рук, я вернул свои ладони девушке на живот. Обхватив руками стройный стан, я крепко прижался к ней сзади. Она восприняла это без возражений, и я пошёл в наступление.
Мои ладони вновь пришли в движение. Одна устремилась вверх от солнечного сплетения и очень скоро покрыла небольшой упругий холмик её груди. Другая отправилась вниз, в поисках самой интимной женской прелести.
К моему удовольствию, лифчика на ней не оказалось, и мои пальцы без труда нащупали сквозь ткань халата упруго стоящий сосок. Трусики, конечно, были на месте. Я ощутил их кромку, скользя вниз по животику. И теперь мой средний палец медленно двигался вниз по бугорку Венеры, вдавливая ткань халата в едва различимую ложбинку.
По мере этого продвижения, даже сквозь двойной слой ткани мне удалось нащупать, как идеально ровная поверхность лобка стала раздваиваться, превращаясь в пару нежных половых губ. Меня очень порадовало отсутствие подушки из плотных кудряшек, и чертовски захотелось поскорее прикоснуться в обнажённой плоти.
Ловким манёвром мои палицы раздвинули полы халата – и вот я уже скольжу по хлопковой поверхности её трусиков. Чуть надавливая, вожу подушечкой пальца по заметно углубившейся бороздке. В верхней её части отчётливо прощупывается набухший клитор, а внизу всё явственнее ощущается горячая влага.
Наконец решившись, поднимаюсь чуть выше, оттягиваю кромку трусиков и ныряю ей туда всей пятернёй. Моя ладонь покрывает гладко выбритый лобок, а пальцы ложатся ниже, чтобы получше познакомиться с её киской.
Продолжая усердно помешивать густеющую в ковшике манную кашу, она лишь издала еле слышный стон, чуть пошатнулась и поставила стопы на ширину плеч. Она не говорила ни слова. Я тоже. Было слышно только как с тихим шипением горит в конфорке газ и как неспешно постукивает по дну ковшика ложка.
Не прекращая монотонно наминать одной рукой молодую грудку, другой я продолжил увлекательное знакомство с её восхитительной щелью. Указательный и безымянный пальцы легли на пухленькие губки, а средний принялся бередить влажную чувственную розовую мякину.
Вскоре к привычным уже тихим звукам добавилось мерное похлюпывание в женском межножье. Смазка выделалась очень обильно, она смачивала мои пальцы и пару мягких валиков, которые я массировал. Девичьего сока было так много, что он просто залил мою руку скользко-мылкой пеленой и пропитал насквозь её трусики.
— Ну… думаю, готово. – тихо произнесла девушка.
Она сделала ещё несколько помешивающих движений ложкой и выключила под ковшиком газ.
— Теперь добавим немного маслица?.. – прошептал я заговорщически ей в самое ушко.
— Пожалуй… – согласилась гостья. Оставаясь в плену моих объятий, она отрезала щедрый кусок масла и плюхнула его в кашу. – Теперь надо дать немного остыть.
— Точно. Пусть настоится! – с этими словами я поцеловал её в шейку, подхватил на руки и понёс в комнату.
Вид её безволосой аппетитной щелочки вскипятил мою кровь! Я наспех побросал на пол джинсы, футболку и носки и ринулся к своей обольстительнице. Оставаясь в одних трусах, я встал на колени меж её бёдер и попытался распахнуть на ней халат.
Но она придержала его одной рукой, а пальчиками другой коснулась сквозь ткань моего набухшего члена. Потом погладила моё сгорбленное в плену трусов достоинство, намекая, что прежде мне следует избавиться от этого совершенно излишнего предмета одежды.
Через пару секунд он валялся на полу в куче прочих моих шмоток. А я с замиранием сердца и предвкушением стягивал халат со своей молодой соседки. Теперь мы были на равных. Совершенно голая, она лежала передо мной на спине, распластав руки и ноги в позе морской звезды, и смотрела на меня преданным взглядом.
Ни ей, ни мне уже не хотелось каких-то предварительных ласк. Поэтому я просто склонился и плавно покрыл её пышущее жаром тело. Обретя свободу, мой конец налился кровью и буквально звенел от напряжения.
Придав рукой нужное направление, я ввёл ствол в сочащуюся смазкой щель. Её горячая сочная плоть тут же приняла и обволокла визитёра. Одним плавным и долгим движением я полностью погрузил свой клинок во её влажные тёплые ножны.
Девушка запрокинула голову вверх, глубоко вдохнула и не выдыхала, пока моя головка не упёрлась в дальний свод её девичьего лона, а пара увесистых яиц не припечаталась к ягодицам. Насладившись магией первого проникновения, я начал плавно двигаться.
Моя молодая соседка оказалась на редкость чувственной. Она реагировала на каждый миллиметр скольжения, её нежная киска отзывалась на каждый бугорок и выпуклость моего органа. Навалившись всем весом, я тем самым обездвижил девушку и неспеша голубил между ног глубокими фрикциями.
Смазка текла рекой. Очень скоро её лобок, да и низ моего живота стали мокрыми. Комната заполнилась ритмичными чавкающими звуками, которые издавала сношаемая мной похотливая щелка. Её нежные, но упругие стенки обволакивали введённый в них стержень и обсасывали его головку.
У меня давно не было такой любвеобильной партнёрши, столь всецело и самозабвенно предающейся сексу. Позабыв обо всём, она ёрзала и стонала подо мной, изо всех сил подмахивала попкой, стремясь всякий раз поглубже насадиться на мой кол.
Одну руку она положила мне на плечо, другую – на затылок. Взгляд её пронзительных, затуманенных страстью глаз был направлен на меня в упор. Я тоже в упор рассматривал её красивое лицо. Её алые губы были разомкнуты, и я ощущал сладковатый аромат её выдохов.
Но вскоре дурман сладострастия охватил её окончательно. Она уже не могла сфокусировать взгляд. Красивые серо-голубые глазки закатились и скрылись под дрожащими веками. А из приоткрытого ротика стал доноситься бессвязный шёпот:
— Да-да-да… Ещё-ещё… Вот так… Да-да… Милый… Ещё!.. Сильнее… Глубже… Вот так…
Мои движения стали резче и размашистее. Я буквально впечатывал девушку в скрипучую кровать. Её шёпот сменился стонами, перешедшими в крик.
Всё её тело в какой-то момент затряслось мелкой дрожью и покрылось мурашками. Она закрыла глаза, запрокинула голову назад и выгнулась мостиком, не давая мне шанса вынуть из неё член. Но и моя точка кипения была уже не за горами.
Я сделал ещё пару мощных толчков и почувствовал, как первая струя спермы вырывается из головки, засаженной в самую глубь женского естества. Ох, как же мне хотелось тогда впрыснуть в неё всё! Но пришлось срочно покинуть ласковую норку и покрыть гладкий лобок и низ живота своими белёсыми извержениями…
Кашу мы ели вместе. На редкость вкусная, кстати, получилась! Мы сидели за столом напротив друг друга. На мне были только джинсы, на ней – распахнутый халат, который я не разрешил завязывать. Она прятала от меня свой взгляд, а я без церемоний пялился на её красивые груди.
Эту и следующие три ночи она провела у меня. Приходила вечером, уходила ранним утром. До самого рассвета мы сходили с ума, наслаждаясь нашими телами. Эта женщина не уставала удивлять меня тем, как искренне и без остатка она умеет отдаваться. Как, позабыв о всех приличиях, позволяет урагану страсти и похоти подхватывать и уносить её за грани бытия.
А потом вернулся из командировки её муж. Однажды вечером я видел в окно, как они выходили из подъезда, держась за руки. Она смотрела на него такими невинными влюблёнными глазами, что мне просто не верилось в реальность всех этих недавних событий.
Ещё через пару дней я купил жене и детям гостинцы местного производства и поехал домой. Пацаны соскучились – два дня хвостом за мной ходили, с рук не слезали. Любимая тоже, конечно, истосковалась за время моего отсутствия – неделю спать по ночам не давала!
Никому это раньше не рассказывал… Но я частенько вспоминаю ту давнюю историю. Смотрю порой на себя в зеркало, на жену, на людей вокруг… И не перестаю поражаться парадоксальности нашей человеческой натуры.