Игра в порнофанты. Часть 2
— Катюша! Что ты там скучаешь? Ты еще не загадывала мне свой фант! Давай, не стесняйся!
Катя подняла глаза и ощутив на себе общее внимание, инстинктивно прикрыла свою наготу ладошками.
— А что, и мне можно?
— Конечно! Давай, самое сокровенное и бесстыдное желание! Смелей! — подбодрила я.
— Самое бесстыдное? — переспросила Катя. — Есть у меня одно такое… но прям неудобно… прям вслух…
— А ты тогда не говори, а сразу делай. Точнее — распоряжайся, что должна делать я. Сегодня можно ВСЁ! — чертята в её глазах уже заинтриговали
меня.— Всё-всё? — опять переспросила Катя. — Это будет необычно для тебя… Ффух… — она выдохнула, решившись. — Ну, тогда держись! Я предупреждала!
Она уверенным шагом подошла к моей кровати и, увидев лужу спермы под моим влагалищем, окунула в неё палец.
— Уух тыыы… — проронила она. Взобравшись на мой «постамент», она подогнула под себя коленки и села на свои пятки, раздвинув ноги. Я заметила, что размер её вагины был скорее сопоставим с её обширной попой, чем с её ростом.
— Распусти свои волосы, пожалуйста.
— Всегда мечтала иметь такие, но у меня не отрастают… — сказала Катя.
Она погладила мои волосы и приказным тоном добавила:
— Повернись и ложись головой сюда.
Ее пальчик указал прямо на середину лужи между моих ног.
Предвкушение чего-то нового подняло во мне новую волну возбуждения. Эта сцена привлекла внимание заскучавших было зрителей и вокруг нас образовалось кольцо ребят, члены которых снова начали подниматься.
— Парни, ваша помощь мне будет нужна! — заявила Катя.
Я перевернулась на спину и подняла глаза на Катино лицо. Её глаза были широко распахнуты, рот полуоткрыт, язык, язык блуждал по пламенеющим губам. Я чувствовала, как её руки погружают мои волосы в прохладную липнущую к рукам сперму, пропитывая каждый мой локон остро пахнущей жидкостью. Катя наслаждалась. Это был её фетиш.
Подняв свои колени и разведя их в стороны, я обеими руками ласкала свой клитор, получая удовольствие от того, что Кате было так хорошо. Но я не знала, что будет продолжение…
Напитав мои волосы клейкой жидкостью, Катя начала закручивать мои волосы в тугой жгут. Выходящую наверх жидкость она снова равномерно размазывала по жгуту, как бы скрепляя его, и вдруг, тихонько завывая, она начала засовывать этот жгут в своё широко распахнутое влагалище, помогая себе пальцами и ладошкой. Когда большая часть моих волос скрылась внутри, она, взяв меня подмышки, подтянула к себе так, что мой затылок уперся в её ягодицы. Высвободив свою левую ногу, она положила ее на мой живот, да так удачно, что её пятка уперлась прямо в мой возбужденный клитор. Теперь настала моя очередь охнуть.
Двумя руками Катя засовывала в себя остатки моих волос, трамбуя их пальцами и придерживая ладошками. Затем она, устав от этих манипуляций откинулась назад и тихим голосом закрыв глаза начала часто-часто просить:
— Ребята, пажаалста-пажалста! Прямо сейчас! Возьмите меня! Возьмите! Ммммм…
— Нет-нет-нет… Только не сейчас! Еще, кто-нибудь ещё! Прошу! Ну же!
И вот второй парень уже вставляет свой член в то же отверстие. На этот раз трудностей не было — всё внутри Кати было скользким и пересыщенным выделениями. Жгут моих волос видимо раскрутился и равномерно заполнил внутреннее пространство влагалища, чему способствовали обильные выделения и сперма, влитая первым партнёром. Моя макушка и затылок были мокрыми и тёплыми от стекающих по ним соков.
Катин оргазм не прекращался. Она дрожала всем телом, вцепившись в ягодицы своего партнера и подаваясь навстречу его движениям. Нечленораздельные звуки доносились из её рта. Одна её нога скользила по моей промежности, а второй она обнимала ягодицы своего партнёра. И вот знакомый срыв ритма его движений, резко задвинутый в глубину член… и полузвериный рык возвестил всем о новой обильной порции семени, извергнутого в измученную вагину Кати. После серии мощных оргазмов она затихла и лишь иногда вздрагивала и постанывала.
Всё это время, будучи пассивной участницей этой вакханалии, я находилась на самой грани сумасшедшего экстаза, который заставлял колотиться сердце и туманил мысли.
Теперь мы безучастно лежали друг над другом — Катя была обессилена, а я не знала, что делать с моей шевелюрой, плотно сидящей в катином влагалище. Зрители бурно обсуждали увиденное, надеясь на продолжение, которое последовало спустя минуту.
Отдышавшись, Катя поднялась на локтях, затем села. Оглядев сверху своё возбужденное и мокрое влагалище, она любовно погладила его, а затем так же нежно погладила мокрой ладошкой моё лицо от подбородка до макушки.
— Как тебе мой фант? — услышала я будто чужой голос Кати.
— Волшебно! Я еле сдерживаюсь… — пробормотала я.
— И правильно, сдерживайся! Я не закончила со своим желанием!
Она сняла свою ногу с меня и снова подтянула её под себя. Затем, раздвинув коленки в стороны, она расположила их по обе стороны от моих плеч, прижавшись влагалищем к моей макушке.
Положив руки на мои груди, Катя начала медленно подниматься. Мои волосы неохотно покидали лоно Кати и ложились сначала на лоб, затем поглотили нос, разделившись на две половинки. Катя медленно водила тазом из стороны в сторону, иногда приседая и прижимая обильно пропитанные жидкостями волосы к моему лицу. Смесь пряных острых ароматов щекотала мои ноздри, я видела, что высвобождающиеся из вагины пряди несли в себе белесые полупрозрачные сгустки и тягучие нити то ли спермы, то ли влагалищных выделений. Волосы совсем спутались и напоминали скорее плотную массу. Я наслаждалась происходящим, дрожа и тихо мыча про себя. Катин фант и впрямь был лучшим!
Катя сняла руку с моей груди и её пальчик надавил на мой подбородок, раскрывая мой рот.
От осознания происходящего я чувствовала, как неотвратимо надвигается оргазм, который я столь долго держала под контролем… Непроизвольно сглатывая, я дышала часто-часто, в моих ноздрях тоже собирались капли нектара, стекающие с волос.
Как в тумане, я услышала Катин голос:
— Кто хочет ещё по разочку кончить? Вот сюда — и её пальчик потянул вниз мою губу, и так уже растянутую до предела. И желающие тут же нашлись. Градус моего возбуждения подскочил до предела, когда на моё лицо, губы и глаза начали одна за одной падать тяжелые горячие сгустки, задерживаясь в спутанных волосах и просачиваясь до языка.
Я потеряла контроль и моё тело забилось в жестоких конвульсиях бесконечно сладкого и такого разрушительного оргазма…
Мой разум затуманился и я потеряла сознание…
(…)
Я не знаю, как долго я была «по ту сторону». Я пришла в себя от того, что меня кто-то настойчиво трепал за щеки и дергал за руку.
— Эй, подруга, просыпайся! Надо душ принять!
— Нет, не так — сказал один из них и мягко, но настойчиво уложил меня на спину на холодное дно поддона, а потом зачем-то заткнул сливное отверстие…
Я поёжилась, ожидая, когда теплая вода согреет моё измученное тело. И вот прямо мне в лицо с сильным напором ударила струя… но нет, — не воды, а мочи! Я даже не сразу это поняла, сперва подставив под нее лицо, но резкий запах и солено-горький вкус не оставили сомнений — мужчина на меня мочился!
Я заслоняла лицо руками, пыталась отвернуться и встать, но всепроникающий напор мочи заливал лицо, я скользила в поддоне и хватала воздух открытым ртом, куда немедленно заливалась, пенясь, горячая моча. К первой струе добавилась вторая и затем — третья, лившиеся на меня с разных сторон. Мне негде было спрятаться.
Когда я снова попыталась встать, большая босая нога наступила на мою грудь и прижала ко дну поддона. При этом моя голова оказалась зажатой в углу, я даже не могла повернуть её. Этим воспользовались мои мучители. Теперь уже 4 плотных струи остро пахнущей горячей мочи разбивались в брызги о моё лицо. Я захлёбывалась, пытаясь набрать хоть немного воздуха, но безжалостная моча пробивалась в рот, в нос, заливала глаза… Наконец, видя, что я закашлялась и задыхаюсь, мне дали небольшую передышку, перенеся струи на мое тело, которое и так уже плескалось в собравшейся в поддоне моче.
Наконец, мочевые пузыри, казавшиеся мне бездонными, иссякли. Я подумала, что экзекуция закончена, но оказалась не права. Меня, вонючую и мокрую от макушки до пяток, чьи-то грубые руки потянули за волосы и поставили на колени.
— Отдышись. Потому что МОЮ мочу ты ПРОГЛОТИШЬ! Слышишь? Ты её ВЫПЬЕШЬ. Поняла?
— Да… — еле слышно произнесла я, вся трясясь от страха и унижения.
— Не слышу!
— ДА.
Спустя секунду парень откинул мою голову и вдруг зажал нос. Я невольно открыла рот, в который он тут же по самые яйца погрузил свой вялый член. Он дернулся, замер и разразился обильной струей солёно-горькой мочи, заполнившей рот и полившейся через уголки наружу.
— Глотать, я сказал! — звонкая пощечина оглушила меня.
Плотно охватив губами его член, я стала судорожно глотать горячую мочу, не всегда успевая и раздувая щеки. В какой-то момент я не сдержалась, и чтобы не открыть рот, расслабила носоглотку. Моча тут же нашла себе выход и полилась наружу через мои ноздри.
— Хорооошая девочка! — ухмыляясь, сказал парень, увидев брызжущую из носа мочу. — А говорила не можешь! Можешь!
С этими словами он выдернул член из моего рта и, толкнув меня на пол поддона, полного мочи, застегнул штаны и вышел из душевой…
В моей голове снова всё закружилось и я опять потеряла сознание, откинувшись навзничь в поддоне с остывающей мочёй.
(…)
Моя жизнь в общежитии с этого дня кардинально изменилась. Память о том вечере была неизгладимой, как у меня, так и у посетивших его. Моя репутация, как «всегда сексуально голодной» прочно утвердилась в головах студентов. Ко мне стали приходить зАпросто, чтобы опорожнить яйца и разрядиться, других поводов не требовалось. Просто стучали в дверь (а спустя пару месяцев я и вовсе перестала её запирать), здоровались — привет-привет — затем молча снимали с меня трусы, вправляли член в вагину или в рот, и через пару минут кончали и уходили. Иногда даже говорили спасибо или оставляли конфетку… Когда я бывала чем-то занята, могли и не отрывать от занятий — я просто оттопыривала задницу и продолжала готовить себе ужин, пока очередной страждущий удовлетворял свою похоть.
Были любители посещать меня утром во время завтрака, чтобы добавить в мою яичницу, в кофе или на бутерброд спец-соус, то есть свою сперму, которую я охотно поедала у них на глазах.
Случались и оргии, когда ко мне приходили небольшими компаниями, чтобы поразвлечься, используя меня, как безотказный спермосборник.
Как ни странно, меня часто посещали и девчонки. Они просили, чтобы я их доводила до оргазма, который они не всегда могли получить от своих партнёров. Как правило, они просили это делать языком и ртом.
Я делала всё это в своё удовольствие и всегда охотно.
А вот Катя после тех событий стала очень меня стесняться… Хотя удовольствие, связанное с ней, до сих пор не даёт мне покоя.