Деревенский монополист
Когда наш всенародно избранный президент провозгласил, что фермер нас прокормит, а Запад поможет, будто прозвучала команда «Фас!» и все как с цепи сорвались, разваливая колхозы и совхозы. И наше хозяйство развалилось. Поделили паи. Досталось кому что. Мне удалось урвать эмтэзуху с полным набором навесного оборудования. Хозяйство развалилось, а люди-то остались. И людям надо жить. Надо пахать огороды, что-то привезти, сена накосить. А литовкой махать народ разучился. Так и вышло, что оказался я первым парнем на деревне, да ещё и со своим личным трактором. И пошли ходоки к товарищу Ленину. То есть ко мне, монополисту местного
масштаба.Какое самое распространённое платёжное средство у нас в стране? Рубль? Хрена с два. Бакс? Евро? Иена? Юань? Всё мимо. Поллитра. Самая обычная полулитровая бутылка водки. Как говорилось в одном анекдоте времён перестройки и начала сухого закона, стоила деталь пузырь, пузырь и будет стоить, сколько бы не повышали цены на сей продукт. И у нас в деревне это самое распространённое средство оплаты. А как иначе? Чтож мы, в другой стране разве живём? Или мы не русские люди? Но поллитру ещё надо купить, а на это деньги нужны. А где их взять? А разве какая есть ещё валюта, кроме денег и водки? Есть. Но не у всех. У баб она есть. Издревле ведётся, что там, где никак не решается какое-то дело, достаточно бабе раздвинуть ноги, как сразу всё сдвинулось с места и решилось. Расплатиться за любую работу, дать аванс, привязать к себе мужика. Да мало ли на что годна эта валюта. И какая же она, эта валюта, спросите вы. А я отвечу. Пизда. Обычная женская пизда. Лохматая, гладковыбритая, маленькая, большая, красивая и не очень, различного цвета от самого светло-розового до синюшного. С отвисшими губами и подтянутая. Расхлябанная и в тонусе. Всякая.
Наши бабы, которых в деревне осталось большинство, по сравнению с мужским населением, быстро смекнули, что расплачиваться за работу деньгами или водкой накладно, а пизда всегда при себе. И эта валюта никогда не кончается. И не испортится, и не сотрётся. А повезёт, так ещё и с прибытком останешься в виде неожиданного оргазма. А одинокий мужик вряд ли откажется от такой натурплаты. А бутылочку выставить, да покормить — можно. И самой слегка навеселе сподручнее под мужика лечь. Или раком встать, как уж получится. И не только одиночки, замужние тоже предпочитали такой способ оплаты. Не все и не всегда, но, завидуя одиноким, старались не упустить шанс.
А мне лично фиолетово. Денег у народа нет, это понимаю, сам за счёт случайных заработков живу, да за счёт хозяйства. А соседям как откажешь? Не привыкли к такому в деревне. Помогаю в меру сил и возможностей. В основном одиноким женщинам, но бывает что и мужние обращаются. С расплатой у них проблемы. Одиночка баню истопила, мужика позвала, заодно и помылись. А семейной надо выбрать время и место. Прямо агент какой идёт на встречу с резидентом. Да ещё и холостячки препоны всякие ставят. На кой хер им конкурентки нужны. У мужика силы не беспредельны, а вдруг на всех не хватит. А у тех свои мужья есть, вот пусть и ебут. А уж нашего оставьте нам. Мы же не ссоримся из-за него, понимаем, что привязать не сможем, что он птиц вольный. Нам хватает и короткого женского счастья.
Стоит статуя с огоромным хуем.
Рука поднята, в руке граната.
И хуй у меня не огромный, и гранат нет. А мысль здравая. Поставят памятник перед сельсоветом в полный рост. Экскурсии будут приезжать. Жаль пионеры извелись, а так бы почётный караул поставили сплошь из девчат. Пусть с малолетства привыкают. Молодые ещё? Ну да, молодые, как же. В городе как-то был. Стою в стронке, курю, рядом две молоденькие девчонки курят, соплюшки ещё совсем. Разговаривают. И в разговоре с хуя на хуй через слово. Я и говорю, что, мол, так вы, девочки, ругаетесь, а вы его хоть в натуре видели? Одна затянулась, дым выпустила и отвечает: Я, мол, дяденька, столько их перепробовала, что если тебе в спину повтыкать, так ты ёжиком станешь. Вот те и молодые. Законы издали, чтобы защитить их от порнографии. Да они, те, кого защищать собрались, такое творят, ни в одном кино не увидишь. Плюсы везде ставят. А толку? Да наши бабы по сравнению с молодайками городскими просто образец целломудрия и благовоспитанности. Хотя это как сказать. Иной раз раздуреются, так такое творят, что сам краснеешь. Помню косил я сено Ксюхе. Она со своей снохой на покос пришла. Посмотреть да косаря покормить. Ксюха ладно, а Анька-то мужняя. В колке на полянке расположились перекусить, Ксюха трусы и сняла. Бабы ведь не меньше мужиков хотят, а может и больше. Не стесняясь снохи на четвереньки встала. Та посмотрела, подумала да и встала рядом. А чего теряться, раз золовка позволяет. А от брата её не убудет, тем более, что появляется раз в год по обещанью. Сам поди в городе всех шлюх переёб, а ей что делать? Пизда-то зудится. И так они на пару меня обработали, что о покосе и мысли не стало. А уж выдумщицы какие оказались. Им бы те придумки продать киношникам, порнографию снимающим, озолотились бы. Всю поляну укатали. Теперь там трава точно года три расти не будет.
Девки оставили попытку привязать меня к какой-то конкретной бабе, то есть женить. Нет, не все к этому стремились. Но каждая, единоличницы, пыталась стать единственной. Но пасаран, — говорила гражданка Долорес Ибарури. Что в переводе на русский означало: Хрен что у вас получится. Вроде как успокоились, но попытки не оставили. Нет-нет да и завдёт какая речь, что плохо одной в холодную постель ложиться. Прижаться бы к кому, пригреться. А с остальными что тогда будет? Нет уж, оставлю пока всё как есть. Лапулек много, а у меня душа щедрая и здоровья пока хватает. Вот уж как не станет, тогда и прислонюсь к какой одной. А сейчас что толку? Ну не могу я их оставить без внимания. Жалко. Живые же.