DDейл и Гайка, или Виват виноделам!
Мультсериал «Чип и Дейл спешат на помощь» вроде бы уже давно не демонстрируется по центральным телеканалам. Но каждый раз, разбирая последствия детских «очумелых ручек» на полочке с лазерными дисками под DVD-плеером, натыкаясь на яркую коробку с фигурками персонажей, столь же ярко вспоминаю ее – хрупкую миниатюрную очаровательную девушку (по факту, конечно же, молодую женщину), с которой мы списались на Мамбе накануне моей летней поездки в родные края в 2006 году, и чей ник «Гайка» был ассоциативно связан именно с героиней упомянутого мультика, а не ассортиментом скобяной лавки.
Ей 30
лет, она yчитeльница химии и биологии, сама родом из глухой провинции, год назад переехала в город и живет в квартире своего брата, вдвоем с малолетней племянницей. Как это вдвоем, а где сам брат? Сидит в тюрьме. А его жена? Погибла в той самой аварии (и не она одна), за которую посадили брата. Деньги и связи помогли скостить срок, но отсидеть хоть сколько-то надо. И по закону, и по понятиям.Она боится всего на свете: отключения электроэнергии и вирусных атак на компьютер, несчастных случаев и силовых структур, наглых учеников и высокомерного директора. Она без ума от своей племянницы и смущенно признается, что далеко не равнодушна к тому молодому человеку, с которым стала встречаться, окончив вуз и вернувшись домой. Их она не боится, она боится за них. И еще боится, что за время вынужденной разлуки его чувства к ней остынут, и она навсегда останется одна, лишившись возможности завести своего ребеночка. Эх, бесстрашная спасительница Гайка, ты уверена, что верно выбрала ник? Кто б тебя спас…
Как выясняется при первом свидании, несмотря на наши долгие беседы в Инете и несколько телефонных разговоров, Гайка опасается и меня. Ибо притащила с собой (или та навязалась, застращав всякими ужасами) подругу, долговязую и сухопарую как жердь особу, с копной рыже-красных кудрявых волос и крючковатым шнобелем. Длинный ржавый Болт – так я окрестил ее про себя. Нет, она не была старой каргой, мелькнуло затем в разговоре, что именно институтские подруги, а не коллеги или соседки, значит примерно ровесницы, но удивительно, что всеядный DD не почувствовал ни малейшей сексуальной тяги к этой, с позволения сказать, женщине, и с ужасом отмел гипотезу о предстоящем ЖМЖ.
Сама Гайка, особенно на фоне подруги – мисс Очарование! Белая нежная кожа лица и рук, каре светлых волос, маленький чуть вздернутый носик, сама вся такая тихая, улыбчивая, миниатюрная, хрупкая, но ничуть не детского облика: платье выгодно подчеркивает все положенные природой выпуклости и изгибы, а золотые украшения придают хозяйке дополнительный шарм не массивностью своей, а элегантностью.
Но одно дело вести при посторонних разговоры о множественности миров по Эверетту и современным интерпретациям теории Дарвина, и совсем другое – напрямую в лоб поинтересоваться «Трахаться будем? Или как?». Достигнутая в Инете договоренность достаточно ясна: встретимся лично, пообщаемся с глазу на глаз, там будет видно, потянет ли нас друг к другу или скажем вежливое «спасибо, до свидания», подразумевая, конечно же, «прощай, и если навсегда, то навсегда прощай!». Однако присутствие ржавой Болтяры путает все карты: будь мы наедине, я бы давным-давно предложил уединиться, и при нынешнем ее поведении уверен, что получил бы согласие. А сейчас есть вариант, что милое щебетание Гаечки – лишь игра для подружки и демонстрация высоких моральных устоев, невзирая на достигнутое взаимопонимание в общении.
И, тем не менее, улучив миг, когда рассеянная отвлеченность сторонней наблюдательницы показалась мне более-менее реальной, тихо, но твердо интересуюсь:
— Гай, она еще долго будет с нами? Я ж номер забронировал, нам надо до 20-00 или там быть, или позвонить отказаться, а то некрасиво получится, — будто бы ее согласие получено и требуется лишь уладить технические нюансы.
Но Гайка, видать, давно все уже решила, и небось в душе смеялась над моей медлительностью. Она чуть смущенно кивает мне, бормочет, «да-да, сейчас поедем», затем, повернувшись к подруге, тоже кивает, но как-то иначе, уверенней, что ли, и решительней.
Соня-Софья тянется к уху подруги, что-то ей шепчет, та аналогично отвечает; пользуясь случаем, я делаю два быстрых звонка, в гостиницу и в службу такси:
— Алло, это DD! Я у вас заказывал номер. Нет, не отказываюсь. Скоро буду.
— Алло, пришлите машину по такому-то адресу.
Честно говоря, реакция Гаечкиной подруги меня удивила. Я ожидал или формальной отговорки «ой, поздно, мне уже пора, я побежала, извините, до свидания», или даже сарказма вкупе с разочарованием в стиле «сейчас тебя поведут трахать в нумера, не такая уж ты, душенька-подруженька, белая и пушистая». Но она искренне обрадовалась, радостно улыбалась, приобняв подругу перед своим уходом, пожелала ей счастья и удачи, а мне очень трогательно сказала «Не обижайте мою подругу, DD! Гайка – хорошая девочка». Мадам, Вы ничего не перепутали? Вообще-то так напутствуют жениха и невесту после свадьбы. Но формально придраться не к чему, полностью с Вами согласен.
Такси. Гостиница. Взятая каким-то наитием (ибо спинным мозгом чувствую, что в решении Гайки отдаться на данный момент рулит мозг, но не физическая химия организма; а сама она отнекивается, но не очень уверенно) четверть (0.25 л.) коньяка и плитка шоколада в баре первого этажа. Наконец-то сравнительная тишина за закрытыми дверями после надоевшего шумного фона большого города. Первое объятие и первый поцелуй, совсем еще целомудренный.
Виват виноделам! Несколько тостов – и у Гайки розовеют щечки, поблескивают глазки, прерывается дыхание, пробивается немотивированная улыбка – непременный спутник легкости бытия. Она готова отдаться зову своего тела, подспудным желаниям своего подсознания, пронестись по океанским волнам страсти на утлом суденышке случайного знакомства.
А этот поцелуй уже совсем не целомудренный…
И вопросы «Нравится? Любуешься?», распахнув на себе полотенце после душа, демонстрируя точеное тело миниатюрной, но совершенно не обделенной женскими прелестями баловницы, ничуть не скромны, а осознанно флиртующи…
И маленькая холеная ручка с элегантным маникюром, дрочащая растущую на глазах мою дубинку между ног и затем тянущая этот рычаг на себя, так и вовсе недвусмысленна…
И все же интересно, это алкоголь так раскрепостил Гайку? Или ее парень оказался настолько талантливым учителем? Она не бездействует, принимая ласки, она активно им способствует. Приподнимает неожиданно тяжелые для ее комплекции груди, подставляя соски к моему рту. Гладит мою руку у себя между ног, ненавязчиво задавая нужный ей темп и амплитуду. Целует активно в ответ мои губы, щеки, подбородок, трется носиком об мой «носик», ноготками слегка царапает жалкие остатки шевелюры на голове. К месту хихикает и балуется, к месту постанывает и изгибается.
Затем, словно приняв какое-то решение, о чем все это время параллельно размышляла, садится на постели, и серьезно глядя мне в глаза, говорит:
— DD, я сделаю тебе минет. Но… — и еще раз виват виноделам, помню-помню, заходил у нас в Инете разговор насчет орального секса, и Гайка достаточно четко выразила свое «фи» подобным извращениям. И все же интересно, что будет после «но»? Не кончать в рот? До кончания еще далеко, тут начать бы. Напялить презик? Не дай бог, весь кайф насмарку. Не пихать глубоко? Так вроде я лежу, и она сама может регулировать нужную глубину проникновения. — … очень тебя прошу, смотри никому не проболтайся! Хорошо?
И сидит, ждет ответа! Вот делать мне нечего, как искать твоих каких-то знакомых, и сплетничать, а знаете ли, Софья-Соня и парень-жених, эта нехорошая Гайка в рот берет, не целуйте ее в губы и из одного стакана не пейте! Отвечаю в таком же ключе, и только после этого, удовлетворенная моим ответом, полусмущенно-полуразвратно улыбаясь, Гайка склоняется над моим членом, водит головкой себе по лицу и подбородку, набирается духу и, заглотив вначале так глубоко, насколько может, начинает сосать.
Сосет… ну скажем так, с желанием и удовольствием, но не очень умело. Сдается мне, что опыт у нее минимальный в этом деле, и готов поспорить, не с ее парнем. Иногда посматривает наверх, как я себя веду, доволен ли, все ли она делает правильно? Естественно, я всем своим видом, нужными восклицаниями и междометиями, поощряю ее, и легонько глажу ее тело, куда могу дотянуться.
— Я плохая девочка, да? – произносит вдруг Гайка, оторвавшись от члена. И снова сидит, ждет ответа.
— Что за ерунда, с какой это стати? Очень даже хорошая! – возмущается не уловивший в эту секунду нужного посыла ванильно-корректный мозг DD и точно так же озвучивает.
— Нет, плохая! – упорствует она и обосновывает. — Видишь, хуй сосу! – наклоняется и продолжает сосать, взрывая мне мозг, говоря современными терминами.
Теперь посыл принят. Что ж, ты сама этого хотела, милая Гаечка!
— И будешь сосать, — добавив в голос металла, подхватываю я игру, — а еще я тебя выебу, — и после секундного размышления, не будет ли перебором, — похотливая сучка!
Активность отсоса явно прибавилась, а вот умение, увы, так скоро не накапливается. Движения весьма асинхронны, попытки заглота нелогично чередуются с посасыванием головки и ее перекатом во рту, сбивая нарастающее возбуждение, а острые зубки, иногда задевающие чувствительную плоть, заставляют быть начеку. Настоящий «пацан с района» должен был бы, по логике жанра, дать ей пощечину и напутствовать «соси осторожней, блядинаа», но мой личный цензор, пока в необходимости именно этого сценария нет стопроцентной уверенности, такого не допустит. Попытаемся найти словесный компромисс.
— Хорош мусолить, — слова мои нарочито грубы, но глазами и ироничной улыбкой хочу дать ей понять, что это принятая игра, а не всамделишное отношение, — ебаться пора! Садись на хуй!
Спустя некоторое время, уловив, что Гайка реально устала, и эта усталость может сбить ее нарастающее возбуждение, я поменял позу. Положил ее на край кровати, встал сам между ее ног, закинув их себе на плечи, и по-быстрому дотрахал, лаская одновременно клитор. Не прошло и минуты, как ее учащающиеся стоны удовольствия перешли в крик оргазма, послужив катализатором для меня. Рассудив, что донести до ее рта не успею, я вынул член в последний миг и слил сперму на ее белый живот, ощущая параллельно, как спустив ноги с моих плеч на поясницу, она пятками ритмично сжимает, как бы подстегивая изливаться до конца.
— Хочешь еще коньячка? – спросил я, когда после водных процедур мы лежали в обнимку и отдыхали. Заметив удивленный взгляд Гайки на мусорное ведро, где покоилась пустая бутылка, я уточнил, — пойду куплю, не проблема на первый этаж спуститься, или закажу, сами принесут, — тайным образом надеясь, что благодаря второй бутылке и второму заходу я в четвертый раз провозглашу виват виноделам, уговорив Гаечку отдаться в заднюю дырочку.
Но то ли она расшифровала, то ли действительно не хотела напиваться вдрызг, последовало встречное предложение:
— Нет, с меня довольно. А закажи кофе, пожалуйста!
…Второй заход начался, когда лениво-расслабленные трогания перешли во взаимное настойчивое тисканье, и сопроводились ее жарким шепотом:
— Не хочешь меня выебать?
— Хочу! Начинай сосать хуй!
Далее всё было, как и часом ранее: минет (на мой взгляд, уже чуть получше, хотя можно списать и на привыкание), амазонка, скачки. Единственное, финал мы провели в позе «раком», и спустил я на ее белую фигуристую попочку, узнав во время перерыва, что в зад она не дает и к сперме во рту тоже относится резко отрицательно. Додрочили ей в две руки клитор, не меняя позы – она уже была на взводе, когда кончил я и стал растирать сперму по ягодицам. И часы показали без десяти минут десять вечера. А Word – конец шестой страницы. Хорош мусолить, пора на модерацию!
P.S. На звонок Гайке летом следующего года записанный голос оператора сообщил, что «набранный номер не существует». Надеюсь, что ее брат отмотал срок, а она вернулась в свою провинцию, вышла замуж за своего скромного парня-любовника-жениха и ожидает первенца в счастливом браке. Не забывай DDейла, Гайка! И береги любовь! )))