Администраторша

Он устал. На самом деле день длился вечно, и Алексею хотелось только одного — заселиться в гостиницу, принять душ и забыться сном праведника. Позади утренний переезд в Иркутск, встречи, унылая хмарь пасмурного неба и желание послать все к черту.

От невеселых мыслей его отвлек ее голос, неожиданно низкий для этого не отличающегося дородностью тела.

— Я могу вам чем-то помочь?

Он опустил глаза на ее грудь («Грудастая соска» — подумал он и

усмехнулся), где белел прямоугольный кусочек бумаги с надписью «Елизавета, администратор».

Пока она заполняла документы, он разглядывал девушку. Короткая

стрижка,

белые волосы. Лицо скорее интересное, чем красивое. Пикантная родинка над пухлой губкой. Стойка не скрывала стройную фигуру, затянутую в форменный костюм и ножки в ажурных чулках. Почему то он был уверен, что она носит именно чулки, а не колготки… И бреет лобок, оставляя розовый разрез беззащитным перед взглядами мужчин. От этих фантазий бросило в жар, усталость куда-то отступила. Она почувствовала взгляд и улыбнулась.

— Вот ключ, номер 408. Если хотите, я разбужу Вас утром.

— Это входит в стоимость номера?

— Нет, но мы всегда стараемся угодить клиентам, в надежде, что они вернутся снова. Она провела влажным язычком по нижней губе, и посмотрела взглядом хорошей девочки.

Тонкие пальцы уронили брелок с ключом в его руку. Уже лёжа в кровати, он улыбнулся своим мыслям: «А не такая уж она хорошая… И явно не девочка!» Интересно, разбудит? Или намек в словах и интонации ему только показался, как и чертовщинка в зеленых насмешливых глазах?

… он проснулся резко, как будто вынырнул на поверхность, хватая воздух ртом и пытаясь понять, что же его разбудило. В предрассветных сумерках оглядел привычные с вечера очертания номера, но опасности не было, только тишина и… то, что он принял за последствия эротического сна, было на самом деле нежным посасыванием головки его члена.

Алексей откинул одеяло и встретился глазами с причиной пробуждения. Стоя на коленях у кровати, она медленно насаживалась головой на член. Видя, что парень проснулся и не злится на вторжение на свою территорию, Лиза продолжила ласки смелее, в ход пошла рука, язык описывал круги по головке, тёрся об уздечку. Алекс встал с кровати, теперь он уже трахал ее в ротик, поглаживая рукой волосы и жадно наблюдая за тем, как его толстый член снова и снова погружается в кольцо ее розовых губ. Она застонала, раздвинула ножки и стала гладить свой клитор.

В дверь постучали. Этот звук вывел их обоих из транса, он резко сказал:

— Войдите!

В номер робко протиснулась худенькая юная горничная. Она жарко покраснела от картины, свидетельницей которой невольно стала и пыталась ретироваться, но администраторша властно попросила девушку подойти ближе. Они уложили горничную поперек кровати, даже не раздев. Алексей встал рядом с кроватью, закинул стройные ножки девочки себе на плечи, задрал ее юбочку, сдвинул полоску трусиков и рывком вошел в тугую дырку.

Девица пыталась возмутиться, но Лиза села ей на лицо и девчонке не оставалось ничего другого, как открыть свой похотливый ротик и начать лизать набухший от возбуждения клитор свой коллеги по работе. Ловкими пальчиками она орудовала во влагалище Лизы, а язычок попеременно погружала то в писю, то в тугое колечко ануса.

Лиза от удовольствия двигала бедрами, размазывая свои выделения по лицу горничной. Алексей вытащил член из молодой пиздёнки и склонил Лизино лицо вниз, она почувствовала на своих губах солоноватую смазку девушки и стала вылизывать головку, теребя его мошонку и подрачивая член другой рукой.

Алексей почувствовал, что скоро кончит, снова начал трахать горничную, впившись поцелуем в Лизин рот. От этой ласки она

дернулась и сжала бедра с протяжным стоном. Следом за ней финишировала девушка, а Алекс вытащил член и, уложив Лизу на кровать, начал активно дрочить, то и дело погружая головку в ротик администраторши. В момент оргазма он засунул член поглубже в рот, содрогаясь от наслаждения и желания сломать это хрупкое тело под ним. Потом он со смехом вытирал брызги спермы с ее лица, они мылись в душе и болтали ни о чем. Когда из номера исчезла горничная, никто даже не заметил.

p